Неожиданно к машине подбежал мужчина в изодранной и запачканной форме дворцовой гвардии, со знаками различия старшины. Старшина дико огляделся вокруг, и увидев принца, стоящего у парапета набережной, бросился к нему. Остановившись в трёх шагах, он отдал чёткий церемониальный поклон:

— Ваше императорское высочество, со тё[34] Накамура Иошинори. Имею приказ командира полка сообщить о том, что дворец подвергся нападению штурмовых подразделений морской пехоты и десантных войск.

— Что ты такое говоришь? — возмутился охранник-водитель — Откуда здесь взяться американцам, разве они высадили десант?

— Американцы не высаживали десантов. На императорский дворец напали части японского флота и армии.

— Это измена!

— Так точно. Это измена. Командир полка, рикугун тайса[35] Симидзу Такаши, велел передать, что гвардия до конца исполнит свой долг, но спасти священную особу Императора не сумеет: слишком неравные силы задействованы против нас. От себя добавлю, что это истинная правда: чтобы прикрыть мой прорыв сквозь кольцо окружения, погибла рота лучших бойцов гвардейского полка. Командир приказал мне помочь Вашему высочеству скрыться от изменников. Нет никаких сомнений, что вас попытаются убить.

— Но куда же бежать? — вслух подумал водитель.

— Не знаю. — сказал, как отрубил старшина — Знаю лишь, что все обычные пути эвакуации сейчас небезопасны.

Повисло молчание, которое прервал принц:

— Мои верные самураи, измена нанесла свой удар под прикрытием американского налёта. Нет ни малейших сомнений, их действия согласованы.

— Вы необычайно умны для своего возраста, ваше высочество! — почтительно изумился водитель.

— Везите меня на русский аэродром, мои верные самураи. У русских, я знаю, есть сверхмощное оружие, у русских есть решимость противостоять подлости и предательству. А главное — у русских нет желания поработить мой народ.

Спустя почти сутки, оставив за спиной семь сотен километров, скромная микролитражка остановилась у ворот советской воинской части.

— Кто вы и что следует доложить о вас командованию? — на корявом японском языке обратился к ним русский офицер преклонных лет.

«Надо полагать, русские срочно призвали в армию всех, кто хоть немного знает японский язык» — подумал принц. Вслух он произнёс другое:

— Господин офицер, я сам представлюсь командиру части.

Брови офицера взметнулись вверх, но он, надо отдать должное, мгновенно сообразил, что это за мальчишка такой, желающий лично представиться генералу.

Офицер отдал команды, и один из солдат встал на подножку машины, держась за стойку зеркала. Его задача указать дорогу. Ворота открылись, машина въехала в пределы части и покатила по направлению к штабу. Принц Хитати понял, что в части объявлена боевая тревога. Он увидел, как из караулки в укрепление, сложенное из мешков с землёй вносят пулемёты, как окопы заполняются солдатами, спешащими от палаток и землянок. Это хорошо. Значит, его ждали, готовились. Значит Япония будет свободна.