Время битвы медленно, но верно приближалось. Маттакуши не забывал об этом, как и все присутствующие тут. Никто не поднимал эту тему. Никто не хотел говорить, что придет время, когда Маттакуши, Абаддон, Махаллат, Ванди и Кроули выступят на одной стороне, а Камидзо – на другой.

Маттакуши никогда не говорил Софи о Итори и Эмили. Он скрывал, куда улетает каждую неделю. Для Софи, он летал в Штаб Альянса. Вот и сейчас, когда все разъехались по домам, Маттакуши сказал, что летит в Штаб. Якобы дать поручения Корзе на следующий месяц. На самом деле, расправив крылья, Маттакуши летел к своей второй семье в Саппоро. Наконец, он подлетел на знакомую крышу и сел на нее. Спустившись по лестнице, он отряхнулся и достал два подарка. Один для Итори, другой для дочери. Маттакуши постучал в дверь.

Итори Токияно: Сейчас.

Послышались шаги, и Итори открыла дверь.

Итори Токияно: Привет.

Маттакуши Фроло: Привет.

Они обнялись. Маттакуши и Итори согласились остаться друзьями.

Итори Токияно: Эмили, папа пришел!

Из комнаты выбежала девочка и бросилась на шею к Маттакуши.

Эмили Токияно: Папа, ты пришел?

Маттакуши с Итори договорились, чтобы у Эмили была фамилия ее матери, дабы избежать случайных недопониманий в дальнейшем.

Маттакуши Фроло: Ага. Смог вырваться к вам.

Эмили Токияно: Пойдем, покажу, что я нарисовала.

Она потащила Маттакуши за руку в свою комнату.

Маттакуши Фроло (к Итори): Это вам.

Он отдал ей подарки.

Итори Токияно: Ой, спасибо. Не стоило.

Эмили показывала Маттакуши рисунки. Однако это были весьма своеобразные рисунки – сложнейшие чертежи, и зарисовки.

Маттакуши не мог поверить – в столь юном возрасте так рисовать, не мог даже он! По качеству выполнения этих рисунков, Маттакуши мог бы запросто брать ее к себе в Штаб, главным архитектором.

Маттакуши Фроло: (Интересно, что же будет рисовать эта девочка в более позднем возрасте? Ведь она рисует такое в свои неполные 5 лет!)