Он прошёлся по комнате.

– Допустим, ты останешься с ним на одну ночь. Что будет дальше? Ты покинешь клан?

– Нет. У нас с тобой будет два пути. Первый – ты казнишь меня за нарушение закона Вольтури, который я сама добросовестно защищала до этого времени. Второй – мы распускаем слух о том, что ты меня наказал за прелюбодеяние, а я сама отправляюсь на территорию Калленов и там живу какое-то время. В тех краях он не станет меня искать.

– Я не смогу тебя убить. Членам клана скажем, что ты умерла для вервольфов и разглашение этой тайны карается смертью. Сами укроем тебя в надежном месте. Если такова цена свободы и счастья… Все равно. Я не могу пойти на такой шаг.

– Просто дай мне все карты в руки, и я сама разыграю эту партию!

– Я слишком тебя люблю! – он встал передо мной на колени, положив руки на мои бедра.

– Аро, любимый, это всего лишь одна ночь. Она ничего не значит для меня, но стоит больше жизни для Люциана.

– Что я должен буду сказать Соне?

– Скажешь, что… Не знаю. Общий сбор. Совет клана… Я не могу сейчас ничего придумать.

– Если ты не вернёшься ко мне, я уничтожу всех ликанов! – он поднялся и угрожающе навис над моим истлевшим телом. – Я истреблю весь мир, а Люциана прикажу повесить в образе волка на городских воротах Вольтерры и избивать до полу-живого состояния, а когда он настолько ослабнет, что не сможет больше находится в теле ликана, он станет человеком! Тогда-то я и сделаю из него мертвеца!

– Какие заманчивые перспективы, – усмехнулась я.

Он внимательно изучил мою реакцию на его речь и улыбнулся.

– Надеюсь, что ты не задержишься здесь надолго, – поцеловав меня, произнес он. – Мы будем ждать тебя. Когда ты вернёшься, я отправлю Соню назад, если, конечно, она ещё будет ему нужна.

– Леона оставите здесь?

– Да. Довольно с него общества нашей дочери!

Аро ещё раз прошёлся по комнате и остановился напротив меня.

– Будь осторожна, – попросил он.

Я молча улыбнулась и ушла.

Я вышла во двор, поднялась по деревянной лестнице на крепостную стену и осмотрела заснеженные территории ликанов.

– Ночь особенно хороша в здешних краях, – послышался женский голос позади меня.