— Не знаю, княже.

— Ладно, продолжай.

— Если коротко, по поставил я провинившегося гридня с копьём пещеру сию сторожить. Глупо конечно, ведь там дней на десять пути никого, но как-то наказать надо было. Через пол дня послал за ним десятника, чтоб снял его с поста к обеду. В общем исчез парень и появился только на следующее утро и рассказывает чудное. В общем, облокотился он на стену, а она расступилась за спиною и он кувыркнулся. Встаёт, а перед ним горы чужие, дорога и озеро. С трудом назад вернуться смог. В общем вот так.

— Повторно туда ходили?

— Не, княже, опасаемся. Да и дело у нас же тобою порученное. Наломали белого камня с золотом и в обратный путь.

— Хорошо. Отправлю туда одного человека, который сведущ в этих вопросах, но проводника им выдашь.

— Так не поспеют они до осени. До Урал-камня только к бабьему лету доберутся, а там и в снега попадут.

— Эти за пару дней там будут, если проводник будет.

— Еже ли так, то я и сам путь покажу. А что за человек?

— Боярин мой и родич, Мандалорцем кличут. Слыхал?

— Откуда?

— И то верно. Вот, что Ставр Лесканыч. Вставай пока на постой в гостевых палатах, а я пока гонца отправлю. Через пару дней боярин сей появится и тогда побеседуем.

* * *

Гонец подлетел к дому боярина одновременно с его возвращение с ежедневных трудов.

— Боярин, тебя князь к себе просят.

— Срочно?

— За сроки не сказал он. — пожал плечами гонец.

— Вечер уже. С утра буду у князя раз про срочность ничего говорено не было.

Гонец кивнул и запрыгнув в малый флаер умчал в сторону столицы.

Василиса встречала мужа у открытых дверей.