Строительство началось и в Каер Мелине, южной столице Артура, и в Каер Лиале, который он избрал своей северной резиденцией. Верховный король решил держать два главных двора, чтобы сохранить единство Британии. Каер Лиал, бывший Каер Лигвалид, северный Город Легионов, годился для этого как нельзя лучше. Крепость стояла близко и от Вала, и от удобной гавани на перекрестке семи дорог, которые расходились во все концы Острова Могущественного.

Каер Лиал, давно заброшенный, лежал в серых развалинах: затихшие улочки, провалившиеся крыши, заросшие травою казармы, огромный пустой форум. Окрестные жители понемногу разбирали стены на постройку своих домов, но по большей части некогда гордый город медленно разрушался сам.

В Каер Лиал я и приехал с отцом Кау, властителем Трат Горида, получившим власть от Верховного короля. Он приехал, чтобы исполнить долг — отдать меня в кимброги.

Я обучался искусству барда с тех пор, как выучился говорить — впрочем, учился я и латыни, — и сердце мое замирало при мысли, что мне, может быть, доведется сидеть у ног Высокочтимого Эмриса, Верховного барда Британии. Не забуду тот день, когда я прибыл ко двору Пендрагона. Мы с отцом приехали из Трат Горида вместе с двумя моими старшими братьями, которым тоже предстояло поступить в кимброги. Из девяти сыновей Кау все, кроме одного, служили Пендрагону; я в свои тринадцать лет был младшим.

Каер Мелин — деревянная крепость, а вот Каер Лиал — каменная. Чудо каменного зодчества, жемчужина севера. Куда ни глянь, град Артура лучился королевским величием. Даже улицы сверкали!

Сразу за воротами мы спешились и, ведя коней в поводу, направились через город к дворцу — во времена Империи это был дом легата, нынче его отстроили заново. Кай, сенешаль короля Артура, сообщил, что Пендрагон в отъезде, но должен вернуться со дня на день.

— Приветствую вас от имени Пендрагона, — сказал он, — и принимаю твою подать сыновьями, лорд Кау. — Он обнял моих братьев за плечи, а на меня даже не взглянул. — Мы всегда рады новым бойцам.

Кай ап Эктор из могучего Каер Эдина — всем бойцам боец. Волосы огненно-рыжие, глаза зеленые, подвижные, сам высокий, кряжистый, с открытым лицом — сразу видно, что честен и незлобив. Однако, подумал я, не дай Бог встретиться с ним в бою. Человек, навлекший на себя его гнев, проклянет день своего рождения. Рядом с ним я сразу почувствовал себя никчемным и слабым. А ведь я вырос в знатном доме рядом с братьями-воинами!

Кай призвал слугу, братья распрощались с отцом, и их повели в дом, где жили воины. Отец с Каем некоторое время беседовали. Разговор коснулся и меня.