Я направился прямиком к Теодригу.
Он был сильно раздосадован, о чем прямо мне и сказал.
— Я пытался их удержать, — говорил он. — Однако они твердо вознамерились уйти, едва Аврелий уехал в Лондон. «Войну мы ему выиграли, — объявили они, — город пусть берет сам!» Вот что они сказали.
— И еще сказали, что довольно с нас Верховных королей! — заметил, подходя, Кередигаун. — И я начинаю с ними соглашаться. Мы что, будем, как безусые юнцы, ждать, покуда взрослые мужи делят добычу?
Он видел, как я въезжал в лагерь, и сразу направился ко мне высказать свое недовольство.
— Кто среди вас завел подобные речи? — спросил я.
— Горлас Корнубийский, — отвечал Кередигаун, — и другие тоже.
— Друзья Горласа, — сообщил Теодриг. — Я бы и сам ушел...
— Рад, что ты остался, — поспешно перебил я. — Уверен, твоя верность не останется без награды.
— Как это? — спросил Теодриг.
Прежде, чем ответить, я велел Пеллеасу созвать остальных вождей и военачальников и, когда все собрались, усадил их, и обратился к ним с такой речью: — Государи мои и соратники, я сегодня был в Лондоне и примерно знаю, что там произошло.
— Так расскажи нам, — потребовал один из вождей, — потому что, если не скажешь, я уйду немедленно. Дома поля убирать надо, а здесь я уже довольно наждался.
Еще несколько человек одобрительно заворчали. Я поспел вовремя — едва ли не все они готовы были уйти.
Я набрал в грудь воздуху и начал:
— Не знаю, повлияют ли мои слова на ваше решение, но скажу вам правду: сдается, что наш юный король, желая избежать одной оплошности, сделал куда большую.
— Вот уж верно, — согласился кто-то. — Забыл, кто его друзья.
— Возможно, — допустил я, — но в его намерения это не входило. Он не пошел с вами на Лондон потому, что...
— Потому что стыдился! — воскликнул один из северных предводителей. — Воевать мы ему были хороши, а в большой город идти — нет! — Он сплюнул на землю и добавил для пущей выразительности: — Митра меня разрази, если я еще хоть раз обнажу меч за Аврелия!
Тут я наконец понял, как они все настроены.
— Пусть скажет лорд Эмрис! — крикнул Теодриг. — Я хочу его выслушать.