— Так твой дедушка еще жив? — удивился я.

— Конечно, и дедушка, и бабушка. У них свой замок на востоке.

— А я думал императоров с трона только вперед ногами выносят.

— Вот еще, — хмыкнула Янка. — Кто станет терпеть императора, который собственных министров путает. Тут всю династию смести могут к демонам. Ну расскажи, как ты жил?

— Глядя на то как живу сейчас, отвратительно просто, скучно и примитивно. Я родился в маленьком шахтерском поселке. У нас даже старшей школы не было. Отец работал на шахте, мама медсестрой в больнице.

— Лекарем? — уточнила Яна.

— Помощником лекаря. Когда мне было пять лет, отец погиб в шахте, завалило его вместе с бригадой. Тогда в нашей стране такой бардак творился, просто не пересказать. А страна была большая, мощная, можно сказать целая империя. До пятого класса учился в поселковой школе. Потом перевели в интернат в более крупном городе.

— А что такое интернат? — зацепилась принцесса за незнакомое слово.

— Ну, это школа, в которой ты и учишься, и живешь, почти весь год, — пояснил я. — Только летом домой отпускали на летние каникулы. Там, в интернате учился еще шесть лет.

— Так долго учились!? — удивилась Яна вскинув брови и распахнув глаза.

— Это еще не все. После того как я закончил школу, я отправился в армию. Целый год охранял границу. После армии опять учеба, еще два года техникума. Выучился на рабочего.

— Чтобы стать простым рабочим ты учился тринадцать лет!? — вновь удивилась Яна.

— На самом деле да. Но с таким образованием как у меня, я мог стать кем угодно. Просто мама тогда уже была очень больна, и я не мог уехать из поселка и был все время рядом с ней. А в поселке только один техникум. Днем учился, по вечерам работал. Все что мог заработать и накопить, уходило на лекарства. Даже кредит взяли под залог дома. А потом мама умерла. Я тогда еще студентом был. Банк у меня дом отобрал. Другой родни у меня не нашлось, был вынужден переезжать в общежитие при училище. После учебы пошел работать в ту же шахту, где отец погиб. Вот в ней-то через три года я и сгорел, или завалило. Этого я уже не помню.

Когда посмотрел на Яну то увидел, что из ее глаз текут слезы и она зажала рот руками чтобы не реветь в голос. Я притянул ее к себе и крепко прижав погладил по голове.

— Ну что ты, родная, это все в прошлом, как страшный сон.

Янка громко шмыгнула носом, еще плотней прижалась ко мне и прошептала:

— Теперь понятно почему вы с папой такие сильные, суровые и справедливые. У вас в прошлой жизни, которую вы помните, отобрали все, а взамен ничего не дали, даже хороших воспоминаний. Я очень рада что нашла тебя Наг. Никому тебя не отдам. Ты теперь мой. Слышишь. Навсегда, — шептала Яна прижимаясь ко мне.