Дегтярева услышала какие-то слабые хлопки. Что это? Она только по телевизору видела новости о проведении масштабных учений. «Странно! Почему маневры не согласовали с Администрацией президента, тем более, если они проводятся в Подмосковье? Такого раньше себе никто не позволял». Глава Администрации подошла к окну. В это время здоровый детина спустился сверху на веревке и повис на уровне ее окна. Еще минута – и он влетел в комнату, засыпав кабинет кучей осколков. Дегтярева выступила вперед.

– Молодой человек, что вы здесь делаете?

Спецназовец, пораженный поведением щуплой старушки, излучавшую мощную силу, остановился и оробел. Под пристальным взглядом Ксении Петровны солдат даже присел.

– Почему вы врываетесь сюда?

Парень сразу почувствовал себя маленьким ребенком, который что-то натворил. Эта пожилая женщина внушала ему страх и почтение одновременно.

– Я… это… У нас тут приказ…

– Кто отдал вам приказ? – жестко спросила глава Администрации.

Гэрэушник сразу сник.

– Полковник Тарадайкин.

– А, значит, это военные. Вы кому присягу приносили?

Детина совсем растерялся.

– Это… Ну… Родине, конечно.

– А что, полковник Тарадайкин – это ваша Родина? – старушка наступала на военного.

В это время в окно влетел еще один спецназовец и сходу начал стрелять. Первая пуля пробила правое плечо Дегтяревой и отбросила пожилую женщину в сторону, кровь ручьем хлынула из ее тела. Превозмогая боль, она встала, вторая пуля влетела в грудь, разрывая артерии. Глава Администрации еще держалась за стол, когда следующая пуля отбросила ее вглубь кабинета, она упала, страшная боль сковала все тело, в глазах потемнело. Ксения Петровна попыталась встать, но выпущенные очередью десять пуль разнесли ее щуплое тело в клочья. Пожилая женщина лежала на полу, кровь лилась из ее изрешеченного тела, остекленевшие глаза смотрели вверх. Свою смерть она приняла мужественно, до последнего смотрела врагу в глаза, не испугавшись его и демонстрируя всем своим видом, что смерть ей не страшна. Но в душе была страшная боль, что не хватило совсем немного времени, чтобы раз и навсегда изменить жизнь в России, чтобы хозяином страны стал народ. Пока пуля летела в нее, в ее голове была лишь одна мысль: убивают не ее, а будущее страны.

Огромный детина, первым ворвавшийся в окно, стоял неподвижно и тупо смотрел перед собой. На его глазах убили самого талантливого человека в России, руководителя мирового масштаба. Это был главный советник, основной двигатель всех реформ в его родной стране. Он не мог в нее стрелять, потому что чувствовал невероятную мощь в этой хрупкой старушке, ее мужество просто потрясло его. Спецназовец не понимал, что с ним происходит. На полу лежала старая женщина. Как они, молодые ребята, защитники страны, могли ее убить? Горькая слеза пробежала по его щеке.