Палпатину по факту плевать и на копию библиотеки, и клонирующих цилиндров…

Но тот, кто не в состоянии выполнить его приказ — предается забвению.

После жуткой смерти.

— Подразделения выловили местных жителей? — спросил он.

Единственной возможностью как-то оправдаться, представить перед Императором то, что произошедшее в Горе — инсценировка — были показания местных жителей.

Если бы они рассказали о том, что войска Доминиона сперва вывозили отсюда оборудование и ценности, а затем доставляли муляжи обратно, мог бы исправить ситуацию.

Незначительно — он бы явно подвергся наказанию.

Но не смерти…

— Нет, сэр. Минейршры и псаданы бьются с нашими войсками до последнего воина. Действуют из засад и уходят раньше, чем мы организуем контратаку. При попытках взять их в плен — убивают себя. Но с еще большей жестокостью — наших солдат. Их женщины, старики и дети где-то спрятались, а сканирование ничего не дает. Мы уже потеряли полтора легиона и сотни единиц бронетехники…

И никакого результата.

Значит не будет ни заложников, ни пыток пленных, ни их показаний…

Здесь можно положить всю армию, какая у него имелась, и не достичь результата.

А можно поступить иначе.

И отплатить за унижение.

— Отзывайте войска на орбиту, — приказал Седрисс, стиснув зубы. — Соберите мой флот — мы выступаем против Доминиона.

— Да, сэр! Сообщить об этом на Бисс?!

В следующее мгновение голова идиота взорвалась, не выдержав давления Темной Стороны Силы.

— Приказ слышал? — уточнил Седрисс, снимая с себя ошметки почему-то оказавшейся не пустой головы казненного.

Стоящий рядом лейтенант затрясся от страха, но согласно кивнул.

— Выполняй, — приказал Исполнитель, круто развернувшись и направившись к своему шаттлу.