В деревне так никого и не было с тех пор, как прошел целый год. Селяне ушли на другие земли, так как здесь было голодно и слишком холодно. А учеников из Академии все телепортируют и телепортируют. Скоро не останется свободных домиков или свободных мест.

Дверь отпирается и впускает морозный воздух. Тевгус съеживается в пледе, все еще страдая от озноба. На пороге оказывается сероволосый парень, весь закутанный в клетчатый шарф и явно одетый не совсем тепло. Дверь хлопает из-за ветра, он ее прикрывает и приглушенно бурчит из-за прикрывающего рот шарфа:

— Вижу, 7 группа в порядке. Осталось еще 1, так что скоро мы выдвигаемся.

— Выдвигаемся? Уже? — округляются глаза у Тевгуса скорее от испуга холода, чем Пустоты.

— Да, черную стену уже видят вдалеке.

После того, как голосование провели и выбрали Сильнейшим Сариила Ринкорда Бефора, две остальные Сильнейшие тоже стали ему подчиняться. Он забрался так высоко, что Тевгус до сих пор удивляется ему. Ведь Сариил был слабаком. А теперь он и правда спасает мир…

Аркона разливает всем чай, спрашивает у Сильнейшего, хочет ли он тоже. Несмотря на свою занятость по контролированию плана, он соглашается. Аркона продолжает вести себя так, словно ничего такого не происходит. Так, пустяки. Просто уничтожающая весь мир черная стенка приближается к ним.

— Судя по плану, мы собираемся на совместный суицид, — мрачно проговаривает Шах, запивая горячий и ароматный чай залпом.

— Это точно. 90 % того, что нас просто поглотить Пустота и мы ничего, никого не спасем, — добавляет Яхо так же мрачно, как и его сосед на кровати. Атмосфера здесь так себе. Помимо аромата трав пахнет деревянными досками пола и бревнами стен. Окна забиты ставнями, вроде на улице светло, но очень холодно. Из-за сомнений и напряжения почти невозможно насладиться последними часами жизни. Все так и просидят в домиках, пока не придет их конец.

Аарин подносит чашку с зеленой жидкостью, отдающий парком, в руки Сильнейшему.

— Почему бы не надеется на остальные 10 %? — позитивно бурчит Сариил сквозь шарфик, опускает его и пьет чай. Эльвис хмыкает, поглаживая своего серого кота, обмотанного шарфом. Остальные удивленно молчат.

Чуть не допивая, Сариил возвращает Арконе чашку и уходит, сообщая, что скоро будет сигнал. Всем надо будет выйти и направиться к стене.

Разноглазая медсестра тупо пялится на дно чашки и выпивает ее содержимое. Тевгус перестает трястись, как по команде, и ерошит свои тускло-рыжие волосы. Он даже цокает и ворчит:

— Могла бы и из моего тогда попить, раз так захотелось!