— Высоко себя ценишь! Нет, не думаю. Ещё?
— Милицию натравит… Этих… Отдел по депортации?
— Не, у вас прописка нормальная. Вы тут легально и давно. Без других преступлений вас не выбросить. Значит, что?
И тут они услышали, как во внешнюю дверь двух квартир забухали кулаком или чем покрепче:
— Полиция! Открывайте! — раздался суровый голос из-за двери.
— Помянешь чёрта, вот и он! — опечалилась бабушка. — Не успеваем урок до конца довести.
— А? — Рафик перевёл на неё отсутствующий взгляд.
Ему было откровенно страшно. А бабка чётко проговорила:
— Слушай меня. Иди к семье. Подчиняйся милиции. Но главное. Главное, запомни — ни в чём не сознавайся и ничего не подписывай. Понял? И родителям скажи. Повтори!
— А?… Это…
— Не сознавайся и не подписывай! Ты и родители! Повтори!
В дверь снова забухали:
— Это полиция, открывайте! Или ломаем дверь!
— Ничего не признавать и не подписывать мне и родичам, да?
— Верно! Ну, беги к своим!
Рафик выбежал за дверь. Там уже стоял отец и в его глазах Рафик увидел отражение своего страха.
— Папа! Запомни! Ничего не признавать и не подписывать! Понял?
— А? — тупо спросил дрожащий отец.
— Открывайте или ломаем дверь! — заорали совсем рядом.