Кайл немного рассказал Сэм про приглашенные семьи и небольшой сад, в котором любила гулять его мама, но оба быстро потеряли интерес обсуждать подобные вещи.

– Ты держалась очень хорошо.

Сэм приблизилась к Кайлу.

– Родители старались вырастить из меня настоящую леди, но это было бессмысленно в какой-то степени.

– Почему? – осторожно спросил Кайл, словно Сэм могла наброситься на него из-за вопросов о семье.

– Только мои старшие брат и сестра соответствовали статусу семьи. А мы с Пейтоном не любили следовать правилам.

– Он был старше тебя?

– Пейтон? Нет. Мы были двойняшками. У нас в семье три пары детей. Кэймрон и Делия. Потом мы с Пейтоном. И самые маленькие – Тейнзи и Теодор.

– Это так… необычно.

– Точно.

– Мой старший брат сейчас в Европе по поручениям отца. Есть еще младший – ему пятнадцать. Он учится в Англии. Мама настояла. И еще близнецы. Настоящие оборванцы.

Сэм удивилась. У Кайла большая семья. Прямо как у нее… была.

Двое продолжали идти по коридорам, пока не забрели в столовую. Огонь пылал, согревая воздух в комнате. Сэм подняла взгляд.

– У нас над камином тоже висел символ, – сказала Сэм, когда Кайл пошевелил поленья. – Красный Феникс.

– И что он означал?

– Преданность, сила, бессмертие. – Сэм опустила взгляд на огонь, который полыхал таким же ярко-красным цветом, каким был символ ее семьи. – Мои предки считали, что ничто в этом мире не исчезает окончательно. Чувства, страхи, цели. Все остается с нами и после нас.

– Большинству семей не помешала бы преданность.

Сэм улыбнулась Кайлу, когда он протянул ей руку, и они покинули столовую.

– Я боялся, что тебе будет неуютно сегодня.

На Кайле был черный смокинг, черная рубашка без галстука и лаковые туфли. Волосы были уложены, но парень все равно привел прическу в беспорядок.