Но это не была полноценная улыбка. Так мог бы улыбнуться любящий свою работу забойщик скота и в следующую секунду пробить голову корове.

Второго пленного, а это оказалась женщина лет сорока, также раздели в одно движение. Два голых человека молча стояли, будто всё происходит не с ними. Стойко и, в каком-то смысле, безразлично.

— У тебя есть шанс рассказать нам о местонахождении вашей главной базы, — произнесла Анжела, обращаясь к парню. — И не увидеть то, что произойдёт с этой женщиной.

Парень не удостоил её даже ответа, просто сосредоточенно смотрел в стену, на которой висела респродукция картины «Подсолнухи» авторства Ван Гога.

— Готовьте её, — получив такой ответ, приказала Анжела.

Женщину закинули на кухонный стол, перед этим смахнув солонки, хлебницу и заварник. Анжела вытащила из кармана толстые резиновые перчатки и подошла к столу, насыпав в руку накрошенные обломки лезвий.

Её подручные раздвинули ноги начавшей волноваться женщине, открыв нелицеприятную картину, после чего Анжела без лишних ритуалов засунула руку с обломками бритвенных лезвий в её детородный орган. Бугаю пришлось перехватить паренька, который, несмотря на поломанные конечности, с неистовой яростью кинулся на игнорирующую его Анжелу. Женщина истошно завопила и задёргалась, но её надёжно держали.

Со стола на пол начала стекать кровь, но это был не конец. Анжела взяла одну из острых ложек и начала выскабливать женщине груди. Кусок за куском.

Экзекуция продолжалась минут тридцать, но Бугай потерял к ней интерес где-то через пять минут. Ничего нового, ничего достаточно эффективного.

Расчёт Анжелы строился на том, что парень моложе женщины, а следовательно, должен больше хотеть жить и меньше хотеть остаться в итоге бессмысленным куском искорёженного мяса с редкими лоскутами кожи на нём, но она не учла, что женщины, как правило, более склонны сдаваться от пыток, чем мужчины. Это не шовинизм и не сексизм, это факт. Физический болевой порог у женщин немного выше, чем у мужчин, да, но не психический. К тому же, эмпатия у женщин развита в среднем немного больше, чем у мужчин. Более продуктивно было бы применить пытки к парню, это было бы эффективнее.

Бугай бы поступил иначе. Он никогда никого не пытал, не доводилось, но из опыта знал, что нет методики пытки эффективнее, чем банальное избиение. Человеческое тело усеяно нервными узлами, до каждого из них можно добраться кулаком. Компетентный человек может «достучаться» до любого. НКВД не даст соврать.

Но методика Анжелы всё же дала плоды. Женщина заговорила.