Давид Ааронович, это конечно хорошо, но скоро ему предстояла более важная встреча – по рекомендации Владычицы Инессы Геннадия должны были представить Владимиру Сергеевичу, чтобы тот помог с дополнительным трудоустройством. В отличие от встречи с профессором, перед этой встречей Геннадий немного волновался, и даже привычные психологические приемы помогали не слишком. С одной стороны, действительно хотелось получить высокооплачиваемую работу. С другой его смущал этот персонаж, в прошлом известный своим одиозным православием и квасным патриотизмом, а также прославившийся целым рядом мракобесных высказываний и призывов. В последние пару лет о нем ничего не было слышно, поскольку Владимир Сергеевич оставил министерскую должность и сумел свалить в Лондон еще до того, как такие пути отступления для высшего чиновничества были перекрыты. Неизвестно, насколько он адекватен.

В идеально отглаженном костюме и строгом галстуке Геннадий вышел из такси осмотрелся. Вокруг – тихая улица, за забором – красивые особняки. Владимир Сергеевич всегда проводил собеседования в офисе, но Геннадия пригласил к себе домой, причем в выходной.

Поеживаясь от холода – вместо обещанных плюс пятнадцати градусов пока было не больше десяти, Геннадий нашел нужный особняк и позвонил. Калитку открыл охранник и проводил его в просторный зал на первом этаже. Минут через пять из своего кабинета спустился и сам Владимир Сергеевич – ухоженный седой мужчина лет 55-ти, в темных вельветовых штанах и отглаженной темной рубашке. Он оказался спокойным, уверенным и доброжелательным человеком. Ничто в его облике не напоминало автора тех безумных идей, которые он когда-то с пафосом озвучивал в России. Опасения Геннадия начали утихать.

Расспросив Геннадия о его трудовом опыте, Владимир Сергеевич описал контекст, в котором предстояло работать: имелись значительные средства, позволяющие покупать готовые бизнесы и организовывать новые, и эти средства требовалось использовать эффективно, дабы они приумножали себя.

– Признаться, с хорошими кадрами у меня напряженка, – откровенно поделился он. – Я всю жизнь провел на госслужбе, и мои знакомые, в основном, оттуда. Однако это совсем разные вещи – делать в России карьеру чиновника, или же управлять бизнесом в конкурентной среде на западе. Абсолютно уверен, что большинство чиновников, попытайся они заняться здесь бизнесом, скоро бы обанкротились в пух и прах. У них хорошо получается бизнес в нашей стране, когда можно захватить теплое место с помощью административного ресурса, оттеснить конкурентов, а то и просто организовать себе железобетонный спрос, пролоббировав какое-нибудь постановление, сертифицирующее только их продукцию, либо просто обязывающее ее покупать. В западном обществе такие штуки не проходят, и надо соперничать в открытой конкурентной борьбе. С этим у бывших чиновников плохо, я лично знаю нескольких, вложивших в европейский бизнес большие деньги и в итоге пришедших к краху.