– Должен сказать, я был весьма удивлён, когда мне доложили, что кто-то упорно поджигает мой бедный дом, – усевшись на широкий чурбак, заговорил Эйрин. – Признаться, я думал, что это какие-то окрестные шалопаи, всё ещё не смирившиеся с тем, что я ускользнул от их вил и батогов. А потом мне вдруг говорят, что на стене замка появился знак Доромионов. Тогда я смекаю, что вы хотите со мной встретиться. Однако же, что вы делаете здесь, в окрестностях Кидуи? Признаться, когда вы исчезли после убийства Риона, я думал, что вы укроетесь у себя в Сеазии…

– Ещё неделю назад я был там, – ответил Драонн, решив сразу перейти к делу. – Но сейчас там армия, мой замок захвачен, а большинство моих илиров, включая жену и двоих детей – убиты…

– О, простите, милорд, я не знал… – от былого насмешливого тона Эйрина не осталось и следа. – Примите мои соболезнования.

– Спасибо, – сдержанно кивнул Драонн. – В общем, в Сеазии для меня больше не было будущего – разве что ввязаться в какую-нибудь бессмысленную стычку с легионерами и глупо погибнуть. Но я выбрал другой путь – более сложный, однако, быть может, ведущий к победе.

– О какой победе вы говорите? – поинтересовался Эйрин. – Я спрашиваю, потому что лично для меня теперь каждый прожитый день – уже победа. Если бы вы видели, как я улепётывал от этих деревенщин – вы, право же, расхохотались бы. Зрелище было просто уморительное!.. Так о какого рода победе говорите вы, милорд?

– О той победе, когда наш народ больше никогда не будет терпеть урона от людей. Когда люди либо вовсе исчезнут из этого мира, либо будут жить в глубоком страхе, что мы невзначай заметим их ничтожное существование.

– Ого! – Эйрин даже хлопнул себя по ляжке. – Вот это неожиданность! Признаться, в самых своих смелых мечтах я даже на тысячу лиг никогда не подбирался к подобным мыслям! Поистине, милорд, вы – самый необычный илир, какого я знаю! Мой отец, помнится, говорил о вас, что вы – большой оригинал, но я даже не думал, что настолько! Но как вы достигнете такого положения вещей, ведь пока оно, прямо скажем, совершенно обратное?

– Положению вещей свойственно меняться, друг мой, – осознанно или нет, но Драонн понемногу перенимал стиль общения своего собеседника. – Например, вот сейчас я ужасно голоден, но как только вы угостите меня обещанным рагу – положение вещей изменится кардинально, и я больше уже не буду голоден. Более того, я буду сыт.

– Так исправим же это недоразумение поскорее! – расхохотался Эйрин. – Эй, Ривви, готово ли там у тебя?

– Жду только вашего слова, милорд, – ухмыльнулся малый, которого назвали Ривви, и тут же снял крышку с котелка.