– Те Академии ко мне отношения не имеют. Открытые площадки для проснувшихся нэмусинов. Академия-Сан, например, вотчина Цукки, она там собирает ученых из проснувшихся, с научными школами играется. Би, я же не совсем свихнулась – несколько таких проектов одновременно вести.

– Да кто вашу сумасшедшую семейку знает! Лика, просмотришь материалы – зови, если понадоблюсь. А пока…

– Погоди! – встрепенулся Палек. – Только одно скажи. Там связь через магические шары идет, но есть еще и радио, я о нем слышал. Перехватить переговоры можно?

– Ну… – Биката задумчиво потер подбородок. – Как я уже сказал, физика там не столько просчитывается, сколько эмулируется. Следовательно, должна существовать выделенная система связи, к которой можно подключиться независимо от месторасположения говорящих и наблюдателя. Неважно, магическая там связь или радио, схема наверняка одна и та же. Что-то типа выделенной области памяти, в которую на определенное время помещаются пакеты сообщений. А что? Кого-то послушать хочешь?

– Угу. Очень мне интересно, о чем графья и попики меж собой болтают. Если наткнешься по ходу дела – сообщи, ладно? Яни, ты мне так и не переслала полные данные о нэмусинах в Академии. Где они?

– Перешлю сейчас. Забыла, извини.

– Да! – спохватился Биката. – Я сам чуть не забыл. Яни, мне нужны пространственные координаты носителя Академии. Если вам нужно понять, как захватить контроль над игровой площадкой на низком уровне, придется работать напрямую с физическим носителем.

– Перешлю, – уныло согласилась Яна. – Можете не смотреть на меня с таким сарказмом, я уже поняла, что дура беспросветная. Просите чего хотите, все расскажу. Даже где последняя заначенная шоколадка лежит.

– Ух ты! – удивился Палек. – Слышь, Би, она и в самом деле раскаивается. Лови момент, когда еще такое случится!

– Обойдусь без вашей шоколадки, – отмахнулся Биката. – Все, пошел я от вас. Там Камилл по параллельному каналу житья не дает, все с ходом торопит.

– Камилл? – хором переспросили Яна с Палеком.

– Он самый. Он меня несколько периодов назад научил игре, «шахматы» называется. Доска восемь на восемь, два идентичных комплекта фишек и определенные правила их перемещения. Чем-то на «золотого генерала» смахивает. Интересно, между прочим.

– Да он тебя обдурит, как младенца, – пожал Палек плечами. – Нашел с кем связываться.

– Не все так просто, Лика, – серьезно сказал Биката. – Конечно, за четыре миллиона лет дерево позиций могли и просчитать полностью, если задавались такой целью. Но Камилл – настоящий игрок, играет не ради победы, а ради процесса. Не думаю, что он жульничает. Все, пока, молодежь. Недосуг мне.