Читателя, возможно, могло бы удивить, что Варана, человека с безупречной репутацией, одного из генералов Гильдии, держали в приёмной, словно простого просителя. Но на самом деле удивляться было нечему – пожалуй, кого-то другого уже выпроводили бы за дверь с той или иной степенью насильственности. Командор Гильдии Теней был фигурой, в чём-то не уступающей королю или верховному жрецу, а по разнообразию возможностей даже превосходящей их.

– Вы не могли бы доложить Командору, друг мой, – неожиданно для всех, кроме, разве что, Варана, вмешался в разговор волшебник. – Что великий маг Каладиус испрашивает позволения на немедленную аудиенцию? Я был бы крайне признателен вам за это.

Секретарь на время лишился дара речи – то ли от соседства со столь легендарной личностью, то ли от столь вопиющей наглости. Однако спокойствие странного старика, его простая манера держаться, а также кое-что ещё в его лице, что не ускользнуло от столь искушённого физиономиста, заставили мужчину в кофте если и не поверить словам незнакомца, то, во всяком случае, обратить на них должное внимание.

– Вы с мастером Вараном? – скорее для соблюдения формальностей осведомился он спокойным тоном, быстро взяв себя в руки.

– Или он со мной – не всё ли равно? – открыто улыбнулся Каладиус. – Прошу вас, любезнейший, не теряйте времени! Командор не будет в восторге, когда узнает, что вы продержали меня в этой душной и тёмной приёмной.

На сей раз секретаря, похоже, действительно проняло. Молча поклонившись, он степенно поднялся по едва освещённой лестнице. Варан и Каладиус остались в обманчивом одиночестве, во время которого обычно не ведающий страха мастер Теней тщетно пытался унять дрожь в руках, а маг всё с той же блаженной улыбочкой стал разглядывать непритязательную мебель и единственную картину, висящую за спиной секретаря и изображающую какого-то хмурого мужчину, одетого в парадные доспехи.

– Знаете ли вы, друг мой, что за достойный господин изображён на этом полотне? – нарушил молчание Каладиус.

– Без понятия, мессир, – Варан нервничал, а потому отвечал резко и отрывисто.

– Это первый министр королевства Делайни, который получил эту должность из моих рук, когда я вышел в отставку, – с лёгкой ноткой сарказма произнёс маг. – Премилый был человек, хотя и слегка жаден, признаюсь.

– Что-то не слишком приветливо он выглядит тут, – заметил Варан.

– Что есть, то есть, – улыбнулся Каладиус. – Однако мы носим то лицо, которое дают нам боги, тут уж ничего не попишешь! Если не обращать внимание на мрачную внешность, монсеньор Делайни обладал замечательными душевными качествами! Во всяком случае, его величество король Бартей Третий был в полном восторге. Правда, его верноподданные, несколько придушенные налогами, были, вероятно, более сдержанными, ну да не мне их судить. Однако же странно и удивительно видеть здесь этот портрет. Почему именно он?