Однако, не вся молодёжь, замирая, заглядывала в рот Колу, когда он заливал очередную свою небылицу. Довольно быстро завязалась дружба между ним и двадцатитрёхлетним пареньком по имени Плинн. Это был долговязый белобрысый парень, смешливый и болтливый почти как сам Кол, который, в отличие от большинства своих сверстников, не лез за словом в карман всякий раз, как к ним обращался кто-то из старших.

Он не был задирой – напротив, скорее его можно было назвать добродушным. Да и вообще в легионе не любили держать камня за пазухой, равно как и лезть на рожон. Здесь старались сохранять ровную приятельскую атмосферу, необходимую тем, чья жизнь завтра может напрямую зависеть от сослуживцев. Так вот Плинну филигранно удавалось так отбрить любого, кто пытался сыграть шутку за его счёт, что хохотали потом все, в том числе и сам потерпевший. Конечно же, они с Колом были буквально обречены на то, чтобы стать друзьями. Друзьями, которые вечно обменивались колкостями.

– Сам ты белка, дура белобрысая! – с видом оскорблённого достоинства воскликнул Кол, замахиваясь, словно собираясь дать приятелю подзатыльника. – Я просто хотел сказать, центурион, что надоел уже этот лес и эта слякоть.

– Продрог наш Кол совсем, – сочувствующе произнёс Плинн. – Того и гляди – сопли в носу замёрзнут!

– Что ты знаешь о холоде, девочка? – тут же откликнулся Кол. – Я полтора года проторчал на самом побережье Серого моря! По сравнению с теми зимами этот холод – лёгкая прохладца!

– Ты удивишься, но мы тоже не так давно вернулись из-под Тавера! – парировал Плинн. – И если мы там не позамерзали к бесам собачьим, то лишь потому, что постоянно приходилось драться.

– Эту вялую возню ты называешь дракой? Вот когда мы с господином центурионом рубились под Скабеем – то была драка! Людей крошили, что твои огурчики! Мы там, почитай, половину легиона оставили, да, центурион?

– Это было ещё до меня, легионер, – несколько сконфуженно произнёс Дакнос, слегка заикаясь. – Я пришёл в легион двумя годами позже.

Невольно ехидные усмешки сползли с лиц окружающих, и даже Плинн с нескрываемым уважением посмотрел на Кола. Всё-таки, что ни говори, а во всём легионе нашлось бы не так много людей, которые служили ещё в те времена. Кол же самодовольно оглядел товарищей по оружию. Само собой, он не мог не знать, что его приятеля Дакноса не было в битве под Скабеем, так что это был прямой расчёт. Очевидно, что ветеран остался вполне доволен результатом.

– Так вот, скажу я тебе, лапа, – насладившись моментом, Кол вновь обрушился на Плинна. – Что в те времена таких вобл сушёных как ты, и на арбалетный выстрел к легиону не подпускали! Это сейчас, как я погляжу, набирают кого попало…