– А ведь точно! – тут же кивнул Варан. – Припоминаю, как мы отмечали мой день рождения в первый день зимы – когда я не умер от руны Симмера. Кстати, хорошо, что я об этом вспомнил – надо будет отметить и в этот раз. Ведь, насколько я знаю, дни рождения отмечают каждый год?

– В этот раз вам придётся отмечать его в палатийском армейском лагере, попивая брагу из железной кружки… – Каладиус всё ещё не спешил выходить из роли. – А я, вероятней всего, буду мучиться радикулитом в пропахшей потом палатке.

– Не могу поверить, что скоро увижу Кола! – слова великого мага тут же свернули мысли Бина к старому другу.

– Не могу поверить, что в моем возрасте я всё ещё путешествую, словно какой-то торговец салом! – волшебник оставался верен себе; он даже демонстративно ещё сильнее закутался в плащ, хотя, по мнению Бина, было не настолько холодно.

– А я счастлив! – блаженно потягиваясь, произнёс Варан. – Не поверите, мессир, как тесно мне было в Латионе в последнее время!

– Вздор! – фыркнул Каладиус. – Как можно сравнивать шикарные апартаменты мастера Теней с этим скрипучим корытом! Клянусь всеми богами, от этого скрипа у меня вот-вот случится зубная боль!

– У вас искусственные зубы, мессир, – напомнил Варан, и все трое рассмеялись.

Естественно, никто из товарищей не воспринимал нытье Каладиуса всерьёз. Бин слишком хорошо помнил, как всего несколько дней назад этот самый, якобы изнеженный, старик гнал лошадей, останавливаясь лишь затем, чтобы дать отдых животным да перекусить простой походной пищей. Но, как мы помним, у великого мага случались разные чудачества в период, когда в путешествии он сталкивался с вынужденным бездействием. Вероятно, сейчас это было одно из них.

Впрочем, уже к полудню Каладиус вернулся в своё обычное благодушное состояние, и они с Вараном вновь погрузились в беседы, слишком заумные и скучные для Бина, который решил скоротать время в обществе палатийцев. Он уже сейчас испытывал грусть от перспективы скорого расставания – ведь до их прибытия в ставку Второй армии оставалось едва ли больше двух недель, после чего Лэйто со своими подчинёнными, очевидно, вернутся к исполнению своего прямого долга, и их дорожки разойдутся, скорее всего, навсегда.

Однако пока что разговоров на эту тему не возникало. Четверо друзей, взяв в свою компанию Пашшана, чаще просто резались в карты или кости, либо наслаждались кулинарными шедеврами баинина, приготовленными из простой рыбы и картошки, либо перешучивались, пытаясь не оставить унынию даже небольшой лазейки, через которую оно могло бы просочиться на борт.