— Какой? — подозрительно уставился на меня Анас.

— Мой, — огрызнулся я.

— Вот ты… но это даже лестно. Хотя так использовать духа предков… но за такое… — забормотала мертвечина, надвигаяясь на меня с похабными намереньями.

— Стоять! Охренел? В призрачном теле, потереби СВОЙ член, похотливая дохлятина!!! Одежда сниматься должна, — чуть спокойнее уточнил я.

— Работает! Я чувствую, Рарил!

— Да отвали от меня, извращенец дохлый! — вопил обнимаемый призраком с эрегированным писюном я. — И не трись об меня елдой, чтоб тебя! Об баб трись!

— Ааа… Каджитки! — засиял знакомым алым светом глаз наглый некрохрыч.

— Мои! — возмутился я.

— Так мы же… Ну Рарил! — заныл мертвичина, подпрыгивая и размахивая писюном.

— Идите, уважаемый Анас Фир, в бордель, — чопорно ответствовал я.

— А-а-а…

— Ну я тебя сейчас развею, а там призову. Отрывайся. И не размахивай передо мной членом, извращуга!

— Так ты…. понял, — заржал мертвечина. — Довольно трогательно, Рарил. Хотя с каджитками — глупо. Они рабыни и…

— Не глупо, но это потом обсудим, — отрезал я. — Всё, скоро будем в борделе. Там что делать — разберёшься, не маленький. А потом поговорим.

После чего поскакал я в близлежащий бордель. Дорогу я в него не забыл, хотя с момента появления Вами и Васами ходить туда перестал, кошатины полностью перекрывали все мои “нужды половые”. Блин, не учёл желание “опробовать” Анаса, а он… Хотя, со своей колокольни, он ничего неправильного и не собирался сделать, но после “тест-драйва” надо бы и эту тему поднять, сделал себе зарубку я.

Ну и ввалился в бордель — типично данмерское здание. С широкой прихожей-лестничной площадкой установленной низненькими диванчиками, стойкой маман.

— А, господин Фир, — расплылась в искренней улыбке (ну а что — дамочка ЯВНО и однозначно любила деньги и искренне радовалась моему появлению, сулящему их прибыток). — Давненько вы не захаживали. Девочку? Двух? Или что-то поинтереснее? — похабно подмигнула пухленькая имперка в возрасте, занимавшая должность управительницы дома досуга полового.

— Поинтереснее, — кивком поприветствовал служительницу Сангвина (или Боэтии — последний принц тоже жёг коитусом, “В постели с Боэтой” гарантирует это). — Я ставлю магический эксперимент…

— Прошу прощения, что перебиваю, господин Фир, но за увечья девочек придётся платить… Или устранить их бесследно, ваша магическая мощь же это позволит? — полуспросила-полуутвердила имперка, смотря на гильдейскую брошь. — Смерть их вообще неприемлема, — решительно помотала она головой.

Ну, скорее заслуживает одобрения, чем гнева, логично заключил я, кивнул на спич маман и ответил: