— Аруара из Хуула? — хмыкнул Анас. — Эта кошка звала тебя “погулять под Луной”, — похабно хмыкнул он.

— У меня своих кошек хватает. Но контакт налажен. В принципе — я вообще не понимаю, почему переписчики…

— Потому что знания — сила, Рарил. Даже в твоём безумном даэдрическом плане это понимали. А потом вы утонули в знаниях, в которых даже даэдра не поймёт, что правда, а что враньё.

— Ну, в чём-то, “да”, — признал я.

— А к этой мерзкой жабе ты правильно не хочешь обращаться! — похвалил меня Анас.

— Ну… да, не нравится он мне чем-то. Мутный тип, ещё и одежда эта…

— Да что ты к одежде привязался? Сам же не любишь “бабкины платья”.

— Нелогично, Анас. Подобная одежда на аргонианине Мастере-Волшебнике — нелогична и неправильна.

— Может быть, даэдра с ним. А теперь расскажи, что ТЫ хочешь получить от чертежей.

— Как будто ты память не смотрел. Хочу летучий дом, конечно.

— Смотрел, но ты очень… неструктурированно мыслил.

— Потому что ни черта не понятно, что и как делать. Идей тьма, а вот реализаций — ни черта.

— Именно как эвакуационное средство, на всякий случай? — уточнил Анас.

— Как основное назначение — да. А там посмотрим, — сообщил я. — И давай, раз уж занялись этой двемерщиной, посмотрим чертежи. И переводить будешь.

— А я так и так перевожу, — логично указал Анас. — Просто когда я сам сомневаюсь — ты не воспринимаешь переведённое.

Посидели с этими металлическими листами до вечера, траурно повозились с кошками и посетили бордель — каждому своё. И с утра снова принялись смотреть и разбираться. В итоге, я пришел к выводу, что двемеров испортила халявная энергия.

— Смотри, Анас. Вот мы имеем три общеизвестных источника энергии: геотермальный для городов. Сердечники — для техники. И сердце — для глобальных воздействий, — вещал я. — Понимаешь, я ни хрена не инженер-техник, но половина решений в этом воздушном корабле — бред!

— Не бред, а излишне. Хотя в чём-то я тебя понимаю. Зачем пар?

— Причём пар, производимый сердечниками, с потерями… Всё это — вопрос именно подхода “не знаю, что такое экономия”.

— Может быть, — выдал Анас и вдруг ржанул.