— Ну, эм… — я глянул на Эмеральд, а та стала отрицательно крутить головой и я сказал, — ну как что… Эм просто проверяла прочность моего большого пальца!

Тут уже все застыли, а потом со всех сторон начали раздаваться громкие перешептывания с очень сальными и довольно мужланскими шуточками, так что Винтер аж перекосило от злобы, какие-то тетки стали подбадривающе потрепали Эмеральд по плечу, а мужики грубо ржали и громко похлапывали меня, пока я еле сдерживал улыбку.

— Не ну, а что такого? Вот я ей дал своей титановый палец и она как схватила его обеими руками и давай его пытаться погнуть…

Тут уже грубый ор стал доноситься с улицы и кто-то из толпы даже крикнул.

— А эта походу тоже хочет его титановый палец!

Кто-то грубо загоготал, все таки люди тут жили простые и грубые…

— И что дальше?

— А потом мы начали, эм, бороться и сперва мы это делали на столе, затем на скамейке, а там уже и до пола дело дошло…

— Жан заткнись!

Эмеральд уже вся покраснела и сидела закрыв лицо руками, а люди уже откровенно потешались над этой ситуацией, накидывая шуточек про Винтер с ее солдатами.