– Таких, как ты? – оторопела Козлова.

– Именно поэтому меня и не устраивают методы работы вашей полиции.

– А какие методы тебя устраивают? – усмехнулась она, не зная уже, верить ему или не верить. Оставаясь Козловой.

– Следователь должен уметь проходить в астральном теле в прошлое. И сразу же определять на месте преступления, кто именно преступник. И что именно он совершил. А не строить догадки об этом в стиле Шерлока Холмса и хватать первого попавшегося. Даже не особо-то подходящего по описанию, – вспомнил Ганеша, как однажды его привезли в полицейский участок для опознания, хотя он не подходил даже по описанию («О, уже и волосы отрастил!» – посмеялись над ним в участке. И отпустили.). – Лишь бы как можно скорее закрыть дело, чтобы повысить раскрываемость и заработать себе премию. Таких следователей и самих судить надо!

– Это же самые натуральные преступники в погонах!

– Причём, тут таких полным-полно. Особенно – в провинции, где за ними нет никакого контроля. Если будет доказано, что осужденный им, якобы, преступник оказался на самом деле непричастен к навешиваемому на него «делу», такого работника нужно тут же выгонять из органов. Навсегда.

– И менять принудительно его место жительства? – усмехнулась Козлова.

– Да, было бы совсем неплохо. Даже в тридцать седьмом году тех, кто увлекался расстрелами по решению «тройки», самих затем за это расстреливали. После того, как в результате проверки были обнаружены явные перегибы и превышения должностных полномочий.

– Нужно просто начать соблюдать эти старые добрые обычаи, – улыбнулась Оливия.

– Как говорил Конфуций, все проблемы из-за несоблюдения обычаев предков, – усмехнулся он. – Нужно пересмотреть советский опыт и взять всё самое лучшее, что в нём было «на вооружение».

– И тогда наступит рай на планете, – улыбнулась она.

– Перенимать же чужой опыт, в том числе и – построения государства, не только бессмысленно, но и вредно. Так как это чужой, чуждый вам опыт. И он будет отторгнут социальным организмом, как и любое инородное тело. Как Россия сейчас отторгает капитализм. С его развратом. У каждого народа своё коллективное бессознательное, свои методы и борьбы с преступниками и способы построения справедливого общества. Те же, кому не нравится данное ему от рождения общество, должны быть принудительно сосланы в тот строй, который ему нравится. Навсегда. Пусть наслаждается! Без возможности вернуться.

– С рейтингом «бес»? – усмехнулась Козлова. – Думаю, тогда охотников побунтовать будет гораздо меньше.

– Это уже их выбор, бунтовать или нет. И его нужно уважать. Просто, система наказания должна быть чёткой. И более суровой. Тогда и преступники, заранее понимая, что их за это ждёт, будут вести себя более адекватно. И рассчитывать свои силы, не надеясь на «авось пронесёт». Если следователи будут обладать экстрасенсорными способностями чётко устанавливать преступника и степень его ответственности, то и совершать преступления тут же потеряет смысл. Заранее зная, что тебя за это точно поймают и накажут. А пока в органах правосудия шаляй-валяй, то и преступность будет расти, как на дрожжах.