— Ну… Говорят, женская природа обычно требует, чтобы дом был полноценным. Со стенами, потолком и посудой. Вон, даже Инроргна покоробила наша утварь, а как ты это терпишь — ума не приложу.

— Меня не… — начал было Инроргн.

— Он шутит. Не обращай внимания. — перебила его Кора.

— Да, конечно же, я шучу, — подтвердил Великий, — но в каждой шутке, как говорится, доля шутки.

Глядя на то, как он усаживает мальчика, Инроргн непроизвольно улыбнулся. Происходящее и правда сильно походило на семейные посиделки.

— Итак! — торжественно проговорил Великий, вытаскивая пробку из невесть откуда взявшейся бутылки и разливая жидкость по импровизированным бокалам, — Нет повода не выпить! Тост!

Дождавшись, пока каждый, включая Косма, возьмёт напиток в руки, он громко произнёс: “За нашу дружбу!”. Затем опрокинул содержимое в себя.

— О, огненная гномов! — пробормотал Инроргн, опуская свой стакан на стол и отмечая, что перед ним уже стоит тарелка с исходящей запахами рыбой. — Интересные у вас традиции!

— У нас ещё принято чокаться, но этому обычаю я научу вас как-нибудь в другой раз. Откушайте, как говорится, чем бог послал!

Косм, тебя покормить или ты сам? — повернулся он к мальчику, — Сам? Ну давай, не стесняйся.

Криво улыбаясь, очевидно, пытаясь удерживать концентрацию, ребёнок осторожно поставил свой бокал на стол, и неуверенно, дрожащей рукой, отщипнул из своей тарелки.

— Я заглянул в астрал и понял, что вы имеете в виду. — решил поддержать разговор Инроргн, — чокаться — это слегка ударять стаканами друг о друга. А ещё я понял, что вы подавили в себе позыв это сделать. Почему?

— Как-то пил я с одним гномом, — ответил Великий, — и обнаружил, что в вашем мире так не принято. Поскольку всякие тактильно-двигательные ритуалы вызывают непонимание, решил не смущать вас этой ерундой. В каждом обычае ведь важен смысл, ну а в этом его давно нет даже у нас. Когда-то такое действие символизировало, что вино не отравлено. Теперь же в моём мире этот ритуал просто добавляет моменту немного торжественности.

Как вам рыба? — перевёл он разговор.

— Здорово! Вообще, — Инроргн понял, что пока длится трапеза, стоит поддерживать этот лёгкий, отстранённый стиль беседы, — мне кажется, всё, что приготовлено на костре, всегда имеет иной, собственный вкус, который не сравнить ни с чем. Возможно, это ощущение детства, а, может быть, запах дыма будит в нас связь с чем-то древним — не знаю.

— С древним? — покатал на языке Великий, — пожалуй, в этом что-то есть. Что думаешь, Кора?

— Не знаю, — пожала она плечами, — если так, то это, вероятно, сродни какой-то астральной технике. Инроргн, тебе ещё положить?