- Вот, дурак, воры ведь не стучат, это свои, - Ивашка погрозил попугаю пальцем и двинулся к двери. Тут стук повторился и попугай, поняв свою ошибку, прохрипел: «Свои, свои, кто там?»

Ивашка открыл дверь и, увидев своего маленького дружка, схватил его подмышки и втащил в пещеру. Затем он стал кружить его и одновременно засыпать вопросами:

- Ну, как ты? Подрос, а подрос? А что не растолстел? Наверное, ешь мало? Или спишь много? Надо спортом заниматься. Как ты, плавать научился? Ну, вот, а я хотел тебя к себе на бриг юнгой взять. Теперь не выйдет.

Ивашка, наконец, поставил гномика на пол. Тот стоял задохнувшийся, покрасневший, хватал ртом воздух как вытащенный на берег пескарь.

- Ивашка, ты вернулся?! Я тебя так ждал, так ждал, – а сам боком, боком уже подходил к клетке с попугаем.

- Ух, ты, попугай и говорящий, - и хитро сощурив крохотные глазки. – Это мне, да, мне?

- Воры, караул, жадный гном.

Дюшка даже присел, так неожиданно прохрипел попугай.

- Да не слушай ты его малыш. Это тебе в подарок, он хоть и крикливый, а умный страшно. Знаешь, он и не по-нашему может говорить. Только я не пойму что за язык, то ли баньшей, то ли гоблинов. Вот ты в школе учишься, языки, наверное, знаешь – переведи, что он кричит. Я заметил, если при нём на всеобщем сказать «дублоны» он и начинает не по-нашему лопотать.

Попугай наклонил свою зелёную голову на бок, одним глазом посмотрел внимательно на мальчика, прокричал петухом и вдруг понёс такую тарабарщину и так громко, что Ивашка с Дюшкой, не сговариваясь, сдёрнули свои голубенькие колпачки с головы и отпрыгнули от клетки.

А попугай, прокричав какую-то ахинею, вдруг замолчал и, снова наклонив голову, внимательно стал разглядывать гномов.

- Ну, что слышал? Понял, что он сказал? - Ивашка переводил взгляд с попугая на гномика и обратно.

- Нет, но это язык баньши, только какой-то неправильный.

- Эх ты, грамотей, - Ивашка огорчённо вздохнул. – А я на тебя надеялся, думал, ты и вправду в свой школе учишься, а ты там, наверно, в носу ковыряешь, да на девчонок заглядываешься.

- Фу, девчонки, ничего я на них не заглядываюсь. А, язык баньшей, но какой-то не такой, непонятный. Слушай, Ивашка, а что если его к нашей учительнице сносить, может она переведёт? – Дюшка уже весь загорелся новым делом.

- К учительнице, говоришь? - Ивашка сморщил нос. – Наверно, какая-нибудь старая вешалка, ворчать будет.

- Сам ты вешалка, она молодая, красивая и у неё есть яхта, она одна в море выходит, - гномик жалобно смотрел на Ивашку. – Ну, пошли, она тут недалеко живёт, в пять минут дойдём.