– Он далеко. Я даже толком не знаю, где он на самом деле находится.

Глава 35.

Глава 35.

(Сезон Холода, Ард Эллар. Долина реки Тойрент)

К вечеру Тэйн добрался до ущелья, в глубине которого журчал тоненький хрустальный ручеек. Спустившись вниз, он допил инту, набрал воды и поднялся обратно.

Нужно было где-то остановиться на ночлег, но Ройг шел, как заведенный, толком не понимая, куда направляется. Останавливаться он боялся, подозревая, что подняться и продолжить путь будет практически невозможно. В ложбине, попавшейся на пути, он заметил высокие толстые стебли свиха, чьи листья и витые стручки опадали только к Рождению Илбара. В затуманенном жаром сознании промелькнула тусклая радость. Если собрать стручки, листья, растереть и заварить горячий горький отвар, бесценное средство от лихорадочных состояний любого происхождения, то может быть, полежав до рассвета в тепле, наутро ему станет получше.

На сбор семян ушла бездна времени, потом он мучился с костром, вылил полбаклаги в котелок и терпеливо ждал, пока закипит вода, пока настоится горькое пахучее зелье. С трудом он связал нужные урд знаки гармонией и кое-как просипел их над котелком. На это ушли последние искры Огня жизни, а затем он долго сидел без движения, с трудом вспоминая, как его учили в Очаге Солнца набирать Огонь жизни из окружающего мира. Обжигаясь, он выпил получившееся снадобье, старательно разжевал попавшие в рот семена, потом завернулся во все шкуры сразу и лег, наслаждаясь долгожданным покоем. Куда теперь идти? Ни карты местности, ни малейшего представления, куда его занесло, у него нет. Надо бы в Сторожевой Очаг, но там, скорее всего, его будут ждать оскорбленные в лучших чувствах адепты Очага Солнца. Хотя, если идти по солнцу на северо-запад, рано или поздно он выйдет к морскому побережью, которое, не в пример здешним пустошам, густо заселено. Только вот сколько ему придется идти? И сможет ли он одолеть дорогу?

Содрогаясь от накатывающих время от времени волн жара, он доцедил остатки зелья со дна котелка. Жажду это не утолило, он допил воду из баклаги и снова свалился на землю. Нет, ему не справиться с этим огнем, безжалостно пожирающим внутренности. Ну и пусть, подумалось вяло. Не хочу больше. Не вижу смысла. Все равно камни кто-нибудь отберет, не те, так эти, и сделает по-своему. Он снова стал вспоминать те слова урда, но при первом же усилии в памяти вспыли те самые синие глаза, огромные до жути, два озерца, в которых запросто утонет даже опытный пловец. Тяжелые крупные слезы выкатились из них, поползли по щекам, оставляя мокрые блестящие дорожки на матово белой коже.