— А?! — удивился я, озираясь по сторонам и мгновенно понимая ситуацию в которой оказался. — Аааа! — вскрикнул я, покачнувшись и теряя от неожиданности концентрацию, тут же сверзившись на металлический пол рубки с метровой высоты.
— Тц… — зашипел я, потирая ушибленное колено. Всё же хорошо быть девчонкой. Иногда. Мягкая пятая точка спасла меня от других серьезных травм. Разве что сама онемела немного от удара. Но каким образом я оказался в воздухе?!
— Ты что, — усмехнулся вредный мальчишка, — спал?!
— Вовсе нет! — резковато ответил я наглецу, — с чего ты взял!
— Да я уже целую минуту тебя докричаться не могу! — надул он губы. — А ты всё никак не просыпаешься!
— Поклёп и инсинуации! — заявил я парню, явно впервые услышавшего подобные слова. — Чего хотел то?
— Я… — вздохнул Дорв, присаживаясь на пол рядом со мной.
— Волнуешься, да? — понял я, ощущая в нём через Узы сильное смятение чувств.
— Да, — повесил он голову, рисуя пальцем на полу какую-то замысловатую фигуру. Наконец, видимо дорисовав её, он посмотрел на меня глубокими, не по годам мудрыми глазами. — Что со мной будет?
— Живы будем не помрём! — похлопал я его по плечу.
— И что это значит? — не отставал от меня мальчик.
— Это значит, — улыбнулся я, — что мы будем жить. Будем делать это изо всех своих сил, даже если вся Галактика обернётся против нас. А там как Сила укажет.
Смотревший на меня парень моргнул и поджав губы отвернулся.
— А… скажи, — спросил он через некоторое время. — То, что я видел… Это правда?
— Правда, — кивнул я. — Скорее всего, правда.
— Ты не уверен в этом? — повернулся он ко мне.
— Просто будущее ещё на наступило, Дорв. Оно может измениться, в том числе и нашими усилиями.
— Ты изменишь его? — мальчик поднял на меня полные надежды глаза.
— Не думаю, — развел я руками, чувствуя как разочарование охватывает его. — Иметь возможность и воспользоваться ей — это две большие разницы. Я считаю что каждый разумный сам выбирает свою судьбу. И потому не хочу влезать в разборки между молотом и наковальней. Ничего хорошего из этого никогда не выходило.
— Поэтому ты ничего не сказал ей?