– Моя сильная сторона, маршал, – боевая подготовка солдат. Насколько я понимаю, вы начинаете военную кампанию, но мне кажется, что ваши люди пока до конца не готовы. Потребуется большой опыт и изобретательность, чтобы обучить их на марше.

– Да. Это моя самая большая головная боль,

– Я могу с ней справиться.

В его словах не было и тени высокомерия.

– Отлично. – Рагнарсон принял мгновенное решение, рководствуясь лишь репутацией Хоквинда. – Дерел, проводи полковника Лиакопулоса к Черному Клыку. Скажи Хаакену, чтобы полковника поставили во главе боевой подготовки, и пусть ему никто не докучает.

Теперь он припомнил и имя: Лиакопулос. Репутация полковника вовсе не уступала его уверенности в себе.

– Благодарю, маршал.

– Хм-м… – буркнул Рагнарсон и вернулся к изучению карт. – Да, возвращаться слишком поздно. Передовые дозоры уже находились в проходе Савернейк. Один отряд занял Штрабгер с целью остановить под Баксендалой всякое движение на восток, чтобы ни одно слово не могло пересечь горы. Второй линией перехвата стал Майсак. Никто без письменного разрешения; маршала не имел права ступить восточнее этой крепости.

Перекрытие путей на Восток само по себе служило сигналом о том, что в Кавелине разворачиваются какие-то события. Браги направил через горы верных ему купцов, дабы те распространили слух, что в Кавелине что-то заваривается. Облегчало задачу то, что торговое сообщество ожидало после смерти Фианы новой гражданской войны в королевстве… Готовясь к походу, Браги уже загнал себя и других до полусмерти. Что еще можно сделать? Только идти вперед. И надеяться. И он двинулся.

Чуть к востоку от Майсака его нагнал курьер с вестями от Валътера.

– Хаакен, ты только послушай. Этот парнишка – сын Гаруна – вторгся в Хаммад-аль-Накир. – Браги подобного совершенно не ждал. – Двадцать пять тысяч человек, как сообщает Вальтер, идут шестью колоннами. Направление движения – Аль-Ремиш.

А он, Рагнарсон, полагал, что движение с уходом Гаруна рухнет.

За этим Мегелином будет нужен глаз да глаз.

– Ну и что? – спросил Хаакен, – это повлияет на нас?

– Да никак. Если, конечно, не подумают, что мы закрыли Савернейк, чтобы оградить тылы мальчишки.

– Возможно.

О его дружбе с бин Юсифом было известно всем.

– Надеюсь, что у Мегелина получится, – заметил Хаакен. – В противном случае Эль Мюрид использует это как предлог для войны с нами.

– Может быть, мне стоит повернуть назад?

– Продолжай, – вмешался Вартлоккур. – Даже если Мегелин и потерпит поражение, он все равно потреплет Эль Мюрида, и тот ничего не сможет сделать. Прежде чем он восстановит силы, холодный разум возобладает.