Заговорщики снова вышли в главный коридор и тихонько вернулись в тюремный блок. Подойдя к камере Тильки, они заметили, что тот сидит на нарах и любуется пистолетом. При виде товарищей паренек вскочил и быстро спрятал оружие за пазухой.

Фил открыл дверь его камеры и Тилька с побелевшим лицом встал на ноги.

— Выходи! — велел мастеровой.

Тот медленно, и искаженным лицом, словно готовый разреветься, вышел из камеры.

Фил взял его за руку и подвел к камере, где раньше сидел Веник. Тилька раскрыл рот, глядя на стоящих там людей и лежащего Святослава.

— Идем.

Мастеровой потащил паренька в караульное помещение.

— Слушай сюда. Видел, что в камере?

— Так это же…

— Там Святослав. Я его подстрелил.

Тилька с глупым лицом уставился на Фила, который продолжал:

— В общем, дуй на главный пост и скажи, что этих парней мы отпустим, если дадут нам выход с Альянса. Если нет, то всех постреляем. Понял? Скажи, что у нас тут стволы и заложники.

Паренек быстро закивал головой.

— Иди, — Фил сел на стул и откинулся на спинку, закрыв глаза, как будто-то сильно устал.

Тилька кинулся к выходу. Когда он выбежал из комнаты, Фил дал знак Венику и тот выскочил в коридор вслед за балбесом, добежал до выхода из тюремного блока, и прислушался. Он слышал, как Тилька остановился, видимо прислушиваясь, не бегут ли за ним, а затем быстро рванул по коридору. Его шаги затихли вдали.

Веник обернулся. К нему быстро подошли Васек и Фил.

— Ну как?

— Побежал, дурачок.

— Идем, — кивнул Фил.

Быстро они направились к главному посту. Снова вдали показалось светлое пятно. На сей раз в нем стоял Тилька и что-то громко говорил. Можно было разобрать только отдельные слова: