Мужик одобрительно хмыкнул, глядя на это. Хотя на меня он почти не смотрел. Его больше интересовали тела вокруг и сгоревшая либо помятая техника.

— Это вы их так? — спросил он, когда я подошёл и молча уставился на него.

— Ну а кто ещё?

— Вас же там не больше дюжины, — удивился он и покосился на парня с планшетом, стоявшего справа от командира.

— Ровно десять, — подтвердил тот.

— Нас было больше. Половина погибла в этом бою, — кивнул я на тела.

— Хм, — снова хмыкнул командир. — Даже если так. Пиндосов было не меньше сотни, по нашим подсчётам.

— Ну да, может даже больше, — согласился я.

— Кто ты такой? — как-то странно всмотрелся он в моё лицо.

— Загробный, — пожал я плечами.

Командир неожиданно протянул мне свою руку, со словами:

— Полковник армии Российской Федерации Кузьмин! От лица всего государства, — на этом слове он поморщился, — точнее того, что от него осталось, выражаю вам искреннюю благодарность. И лично от себя восхищаюсь вашим достижением, мужеством и боевой мощью. Мы меньшими силами остановили вражескую роту, оттянув её с другого направления. Мы месяц не могли продавить их на Гужинке, но они неожиданно отвели половину своих войск оттуда в Хреновск. Оказывается, всё ради вас? Удивительно.

— Их командир меня сильно недолюбливал, — без особого интереса ответил я.

— Видимо на это есть причина, раз вы смогли с ним справиться.

— Возможно, — снова пожал я плечами.

Я так и не пожал его руку, а он всё тряс ей, что-то мне доказывая.

— Благодаря вам фронт сдвинулся с мёртвой точки. С Гужинкой и Хреновском мы сможем зайти им во фланг и дальше в котёл. Наша победа теперь только вопрос времени. Вас нужно приставить к награде! Да и на в рядах нашей армии мы всегда рады таким бойцам. Среди вас есть военные?

— Уже нет, — ответил я.

— Что-ж, это плохо. Мы можем оставить тут десяток человек и немного продовольствия, этого вам хватит чтоб собраться и перебраться подальше от линии фронта. Там нет зомбаков и врагов.

— Так вот где наше правительство прячется...