Дошло до того, что спустя три месяца с момента моего первого спуска вниз, я перестал встречать «ничейных» игроков. У всех есть нашивки гильдий, подконтрольных корпорациям, либо это военные/ученые. На словах запрета никакого нет, но на деле время одиночек прошло. Наверное, это даже хорошо, вот только что делать мне? Когда тот же Газпром вкладывает миллиарды в создание собственной гильдии «Гриндпром», интересы маленьких людей теряются на этом фоне.

Можно, конечно, подыскать страну с более подходящими мне законами, благо в сети полно сайтов, которые буквально ищут рекрутов с редкими навыками. Обещают быструю прокачку и кучу денег. Недавно был даже целый скандал, когда закрыли одно агентство, которое переманивало перспективных игроков к нашим зарубежным «партнерам».

Вот только какой смысл менять шило на мыло? Быстрая прокачка мне не интересна (навыки важнее), а деньги… на тот свет их не заберешь. Лучше уж уйти на год, выждать, может что-то изменится. Пускай я далеко не самый сильный/прокачанный игрок, зато, если сдохну, то умру из-за своей тупости, а не чужих интересов. Если же все станет только хуже…

— То они могут пососать мои яйца, — показываю непонятно кому неприличный жест.

Никто еще не обнаружил конца подземелья, возможно, оно и вовсе бесконечно. Спущусь вниз, прокачаю навыки и уровни, заполучу парочку артефактов. Если повезет, найду способ защититься от наблюдательности. А там уже решу, что делать дальше. Время для принятия решения у меня еще есть.

* * *

Отойдя достаточно далеко от выхода, решаю, что настало применить свой основной навык — призыв. Потянувшись сознанием к своей силе, ощущаю множество нитей, которые тянулись от меня куда-то в бездну пространства. На данный момент я могу призвать лишь одного саммона за раз, зато на сколько захочу или пока у призыва не закончится мана. «Ухватившись» за одну из нитей, ощущаю заметное сопротивление. К сожалению, уровня моего навыка недостаточно, чтобы призывать сильных саммонов без платы.

— Ха! — глубоко выдохнув, помещаю капельку своих жизненных сил в свое сердце, после чего прана, будто оказавшись на раскаленной сковородке, начинает испаряться, превращаясь в ману.

Передав получившееся «облако» через нить, дергаю ее на себя, а затем пропускаю через солнечное сплетение наружу. Из моей груди появляется светящийся желтым шар, который, отлетев от меня на пару шагов, принимает образ милой девушки. Синее платье, чепчик, длинные светлые волосы и невинное выражения лица. Если бы я не знал, кого призвал, то подумал бы, что ошибся с призывом.