— При чём тут убийство? — спросил он. — И почему ты опять в чёрном?

— У нас поминки.

Гарри почесал лохматую шевелюру, оглядел просторный зал, расположенный под поместьем, и спросил:

— Кто-то умер?

— Можно и так сказать, — фыркнула Света. — Что ты будешь делать с Клаусом?

— Шведы и их компания просрали всё в последней войне. Теперь все они играют по нашим правилам. Понятное дело, что в экономике у них полная задница. У них одарённые готовы за копейки работать. Те, кто способен хоть на что-то, едут за океан или к нам. Вот и выходит, что артефакты у них дешевле будут в любом случае.

— Это и так понятно. Делать-то ты что собрался? — недовольно поинтересовалась Света, сложив руки на груди.

— Думаю, он фанатик, типа нашего Ляшева. Надо с ним поговорить. Если это так, то надо переманить его и всё его предприятие к нам. Пусть работает у нас.

Супруга сдвинула брови, что-то прикидывая в уме, а Гарри продолжил:

— Готов поспорить: у нас зарплаты на фабрике выше. Можно будет их всех переманить. Пусть у нас делают.

— А если упрутся? Не захотят переезжать?

— Просто выкупим их фабрику, подшаманим и будем гнать ширпотреб не в Россию, а в Африку. Там с артефакторами туго.

— Неплохой план, который может рассыпаться из-за банального упрямства Клауса. Что будешь делать, если откажется?

Гарри вздохнул, почесал лохмы на голове и пожал плечами.

— Прокляну.

Светлана хмыкнула и покачала головой, а глава рода продолжил, задумчиво глядя на супругу:

— В любом случае надо сначала поговорить с ним. Кстати, так всё-таки кто умер? Что ты, что Лена. Обе в чёрном ходите. Причём давно.

— Месяц, — недовольно буркнула Светлана.

Гарри непонимающе почесал лоб.

— По-моему, сроки траура...