Думается, многие представители творческого цеха — философы, историки, географы, этнологи и др. еще в недостаточной мере оценили вклад Гумилева в развитие отечественной и мировой науки. Очистившаяся от некоторых заблуждений своих основателей и опирающаяся на теоретические разработки современных философов, на учения Владимира Вернадского, Льва Гумилева и творческие достижения других мыслителей XX века, именно этнология и антропогеография в состоянии, как минимум, приостановить эрозионные процессы дивергенции в науке о Человеке.

Во-первых, человек является продуктом взаимодействия социальной и биологической составляющих — именно поэтому нередко использующийся штамп — «перенос дарвинизма в сферу общественных отношений» в какой-то мере является бессмысленным. Приобретение человеком качества «социальности» не противопоставляет людей остальной живой природе, а лишь указывает на то, что в результате эволюции развитие представителей Homo sapience стало подчиняться законам не только биологического, но и в существенной степени общественного развития. Спорить о преобладании той или иной составляющей — все равно, что рассуждать, от чего больше зависит площадь — от длины или ширины. Человек остается неотъемлемой частью биосферы. Это кредо Гумилева.

Человек подчиняется тем же генетическим закономерностям, что и другие виды, а его фенотип (внешний и внутренний облик человека) формируется в ходе взаимоотношений с окружающей средой, которая суть взаимодействия социальных и биологических компонентов. И автор статьи — не «подвинувшийся умом» сторонник слепого «переноса дарвинизма в сферу общественных отношений», поскольку осведомлен о том, что в полной мере социальные признаки, действительно, не наследуются. Но биологические признаки для наследования социальных имеются, они связаны, в частности, со свойствами нервной и эндокринной системы.

Не секрет, что в научном мире встречается стойкое неприятие научной гипотезы Л. Н. Гумилева — дескать, он «мифолог», «идеолог, а не ученый», «не опирался на литературные источники» и т. д., и т. и. Заметим, что та же доктрина Маркса (этот пример едва ли одобрил бы Л. Н.!) с его экономическим материализмом, проповедью классовой борьбы, отрицанием общечеловеческих ценностей и т. д. победоносно «озарила» XX век и до сих пор имеет миллионы сторонников в десятках государств. Будучи до сих пор не реализованной, она остается не опровергнутой, несмотря на ошибочность теории прибавочной стоимости (ценность товара создается не столько трудом работников, сколько потребительской стоимостью товара, и во многих случаях ценность и стоимость вообще не связаны с производственными затратами) и на предупреждение канцлера Бисмарка — «с этим бухгалтером мы еще намучаемся»). Так был ли Маркс ученым или идеологом?