Светлый фон

Сижу в темноте, смотрю перед собой. Ничего. И вдруг кто-то громко чихнул.

Глава 2

Глава 2

— Будьте здоровы! — Я вежливая.

— Спасибо, — звонкий незнакомый голос.

Та-а-а-ак! И что это значит?

Судорожно нащупываю телефон. Включаю фонарик. Направляю в середину комнаты. И собираюсь заорать. Громко! Потому как бабулин половичок стал огромным холмом посреди комнаты и шевелится.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — ору и кидаюсь в сторону двери.

Зацепляюсь за складки треклятого половика и лечу носом вперед. Больно же! Начинаю злиться и оборачиваюсь. Живой холм, видимо, в момент моего маневра тоже метнулся, но в противоположную сторону. И видимо, благополучно встретился со стеной. Там и притих пока. Потоптавшись на месте, я решила, что в ситуации разбираться все равно надо, и медленно пошла в сторону нового «рельефа».

Подкравшись тихонечко, взялась за половичок и отпрыгнула вместе с ним в сторону. Из-под половика в свете моего фонарика на меня уставились два больших прищуренных глаза. Их обладатель опять смачно чихнул. Правильно, половик-то пыльный.

— Много пыли, — изрек незнакомец.

— Простите, я только приехала, не успела прибрать…

Почему я оправдываюсь?

Незнакомец поднялся и оказался выше меня на голову. Разобрать одежду в темноте было сложно.

— Я — Афариэлиус дер Варандо дер Самиус.

Он слегка поклонился.

— Ик. Я — Елена Валерьяновна Стеклова. Можно просто Лена.

Ага, вот и познакомились. Мы еще постояли немного. Потом все же вспомнив, что я хозяйка дома, я пошла и зажгла свечи. Жестом пригласила Афари… как его там присесть за стол. Когда незнак… уже в принципе знакомец вышел на свет, я подумала: может, опять заорать и покинуть помещение? Он был высоким, где-то под метр девяносто, но худощавый. Кожа темная: то ли серая, то ли светло-коричневая. Лицо узковато, высокие скулы огромные, раскосые яркие глаза с вертикальными зрачками. Из всклокоченных, видимо, после сражения с половиком, темных волос торчали кончики острых ушей. Даже при столь скупом освещении и даже не учитывая самого способа его появления, было понятно, что передо мной не жертва пластической хирургии, а совсем не человек. Такое никакой хирург не сляпает. Так и не решив: паниковать то ли поздно, то ли еще рано, — я спросила:

вертикальными

— Чаю хотите?