Марьфёдорна. Зря отказываетесь, как обычно! Как мать Саши, я бы хотела с вами поговорить о том, что между вами происходит… это очень ощущается в последнее время. Вы женаты двадцать три года, и есть атмосфера, что между вами наконец-то возникло натяжение… которого не было раньше.

Елизавета Алексеевна. Марьфёдорна, я не буду обсуждать с вами нашу личную жизнь. Тем более в таких выражениях.

Марьфёдорна. Пф… было бы там что обсуждать! Вы бы лучше послушали советов умудрённой опытом женщины, которая родила в браке с любимым мужем десятерых детей.

Елизавета Алексеевна (рука-лицо).

Марьфёдорна. Я хочу рассказать вам, как нелегко пришлось мне, когда я только приехала в Россию. Поверьте, меня там ждали совсем не такие райские условия, которые встретили когда-то вас… Вы ждёте, что Саша будет добиваться вас и проявлять инициативу. Не ждите, этого не будет! Не все мужчины таковы, а между тем это не значит, что они чем-то хуже. Саша – сын своего отца… а это был в своём роде уникальный человек. Он не был похож на мужчину. Он не был похож ни на что…

Елизавета Алексеевна. Я не понимаю ваш русский язык… к счастью.

Марьфёдорна. Вы горды, милочка, но знали бы вы, как горд был Павел Петрович! Сейчас я вам расскажу, как я его добивалась… и с гордостью должна сказать, что я его всё-таки добила!

Елизавета Алексеевна (закрывает лицо руками). Хорошо, только умоляю вас, говорите по-немецки… иначе я умру со смеху.