ехидно
Александр. Нет у меня никакого благородства. Просто ещё одного позора я не переживу.
Александр.
Выходит из комнаты, хлопнув дверью. Елизавета Алексеевна смотрит ему вслед. Начинает плакать. Заходит Марьфёдорна.
Выходит из комнаты, хлопнув дверью. Елизавета Алексеевна смотрит ему вслед. Начинает плакать. Заходит Марьфёдорна.
Марьфёдорна (возмущённо). Зачем вы Сашу обидели? Ну вот, теперь и вы тоже плачете! Сами во всем виноваты! Он, между прочим, тоже расстроился! Вы нас всё время расстраиваете…
Марьфёдорна
возмущённо
Елизавета Алексеевна (мрачно). Слушайте, я понимаю, что материнская любовь слепа, но… Вы в курсе вообще, что ваш сын считает себя женщиной, и по этой причине у нас не сложились отношения?
Елизавета Алексеевна
мрачно
Марьфёдорна (фыркнув). Ну и что? И вы так легко сдались на этом? Считает себя женщиной? Ну так дарили бы ему цветы!
Марьфёдорна
фыркнув
Елизавета Алексеевна. Я?! Ему?
Елизавета Алексеевна.
Марьфёдорна (качая головой). Вот! Вот эта ваша гордость и упрямство вас и сгубили! Вы моментально пасуете перед трудностями! Думаете, легко быть женой? У всех есть свои странности и недостатки! Женщина должна быть гибче и уметь подстраиваться под мужчину!
Марьфёдорна
качая головой
Елизавета Алексеевна. Марьфёдорна, вы не поняли, кажется. В том и беда… мужчины тут нет! Есть две несчастные женщины.