Он постоянно жевал ментоловые конфеты, но это не помогало.

Думаю, он просто медленно гнил изнутри.

В этот раз Куратор немного дольше смотрел в мои глаза, но, снова не выдержав, моргнул:

– Сегодня утром в одном из частных пригородных отелей найдено тело известного артиста.

– Очень известного артиста,– добавил он, увидев, что мы никак не отреагировали на его слова.

– Ого!– я заставил себя проявить интерес к разговору и постарался придать лицу самый озабоченный вид.

Левый глаз Куратора несколько раз заметно дёрнулся в нервном тике.

– Третье тело за прошедшие два месяца,– Куратор растягивал слова, придавая им некую сакральную значимость.

– Послушайте,– мне начала надоедать эта игра в кошки-мышки,– в конце концов, артисты такие же люди, как все. Умер и умер, мир его праху и всё такое. Свято место пусто не бывает.

– Да,– вступил в разговор Влад,– люди смертны. Может быть, он болел или с наркотой перебрал. Да мало ли что вообще может случиться с известным человеком?

– Огнестрельное в голову,– тихо пояснил Куратор, глядя куда-то поверх его головы,– теперь у него точно ничего болит и в ближайшее время ему вряд ли будет до наркотиков.

– Убийство?– шумно выдохнул Влад.

Куратор резко рубанул воздух правой ладонью.

Я знал, что за этим жестом обязательно последует истерика и мгновенно расслабился, приготовившись получить удовольствие.

«На три»– подумал я, мысленно начиная отсчёт.

Но в этот раз не успел досчитать даже до двух.

– А ты думал, что он скончался в окружении родных и близких?– закричал Куратор, словно заправский оперный певец одним махом перескочив несколько октав.– Любящая жена до самого конца держала его за руку, а дети, потупив взоры, глотали слёзы, уповая на чудо, да? А теперь я пригласил вас сюда для того, чтобы сброситься на венок любимому артисту?

Он тяжело дышал, пытаясь успокоиться.

– Пидором больше, пидором меньше,– беззаботно пожал плечами Влад.

А вот этого, конечно, говорить не стоило.