— Take hold of this thing, John, — командир отряда наемников аккуратно двинулся к дьявольской машинке.

Он вполне представлял, что задумали русские. Газ, объемный взрыв — он достал бы и пропек до кончиков исподнего всех, кто находился в бункере. К счастью, технологии на стороне сильнейших.

Неожиданно разбитый дрон чихнул, проиграл смутно знакомую мелодию из какой-то игры, а потом добавил хриплым прокуренным голосом:

— Хотите гарантий, покупайте тостер!

А потом все накрыла бесконечная огненная волна.

* * *

Взрыв все-таки произошел, да еще какой, аж земля пошла ходуном, и я с трудом сдержал улыбку. Шалость удалась. Теперь бы еще уйти, вот только, похоже, сегодня удача закончилась. Взрыв стал тем спусковым крючком, которого словно ждала крупная группировка противника, чтобы начать наступление. Сотни тяжелых стволов начали ровнять лесополосу, по которой мы отступали. Было понятно, что шансов нет, но мы все равно бежали. Просто потому что — не сдаваться же.

— Главное, ребята смогут уйти, — я добрым словом вспомнил все те сотни метров окопов, которыми мы словно муравьи избороздили все вокруг.

— Что-то свистит… — Поп на ходу задрал голову.

С нашей стороны навстречу огненному аду летела ответка. Значит, ждали, значит, готовы. Мелькнула надежда, что, может, мы еще и успеем, но тут особо противный снаряд врезался прямо перед нами. Мир закувыркался, в глазах потемнело, а потом я неожиданно обнаружил, что стою в подъезде перед обшитой кожей коричневой дверью. Рядом со мной полицейский в странной форме с двуглавым орлом на фуражке заполняет бумаги, а чуть в стороне аккуратно спускают по лестнице два застегнутых в черные мешки тела. Я такие уже видел, поэтому узнал сразу.

— Что ж, тогда у меня больше нет вопросов, — полицейский закончил писать. — Бандиты ворвались, убили ваших родителей, вы с сестрой заперлись в ванной, поэтому выжили. Ваша подпись не нужна, компенсации от города и корпорации будут перечислены на ваш счет в течение недели. Если нужна будет помощь соцподдержки, вот их визитка, но между нами… — полицейский на мгновение замер и вытер лоб. — Не рекомендую. У них в таких случаях одно решение: детей в опеку, деньги и недвижимость в компенсацию затрат, а так вы получите достаточно, чтобы и самим встать на ноги, и расставаться будет не обязательно. Шестнадцать лет — это уже немало.

Полицейский потрепал меня по голове, воспользовавшись задумчивостью, и вразвалочку двинулся вниз по лестнице. Только сейчас я осознал до конца, что жив. Жив, и мне снова шестнадцать, правда, судя по форме полиции, это точно не мой мир… Потом взгляд скользнул в сторону. Мне говорили про сестру, и действительно рядом сидела девочка. Белые кудряшки, огромные синие глаза, под которыми застыли дорожки от слез, и инвалидное кресло. Моя сестра сидела в коляске, ее ноги были прикрыты клетчатым синим пледом, и она так смотрела на меня…