Сам же Стас внезапно задержал дыхание, дабы не заржать, больно уж потешно выглядел маленький мини-Император, словно бы стоящий на его руке.

Правитель Империума бросил на Ордынцева недовольный взгляд, так как явно читал его еретические мысли, после чего повернулся к примархам.

— Сыны мои, — голос даже проекции Императора резонировал в глазах коленопреклонных фигур, от чего несколько космодесантников буквально била дрожь от переполняющих их чувств. — Посмотрите на меня.

Оба примарха нерешительно подняли головы. И можно было без труда заметить в глазах обоих стыд.

— С тех врёмен, когда мы все пытались сделать наш мир лучше, прошло много лет. Случились катастрофы, равных которым мы никогда не видели, и были совершены ошибки, исправить которые или очень трудно или и вовсе невозможно…

Затаив дыхание, все слушали слова Императора, пытаясь постичь скрытую за ними мудрость.

— …Но несмотря на все трудности Человечество не сдалось. Люди отказываются сдаваться и склоняться перед Злыми и Жестокими силами, единственное желание которых — уничтожение. Так можем ли мы думать о сдаче в то время как те, кто слабее нас отказываются сдаваться?

Император покачал головой.

— Все мы совершаем ошибки. В том числе и я, — эти слова заставили примархов окаменеть. Никто из них даже представить не мог услышать что-то подобное от их отца. — Глядя на вас, я видел свои ошибки и недочеты. Я был слишком строг и отказывался дать вам то, чего вы жаждали так сильно. Я не дал вам отца.

— Отец… — со слезами на глазах от момента не выдержал Фулгрим, но замолчал под взглядом Императора.

— Но тем мы и отличаемся, от Четырех… Ха! Трёх паразитов. Мы больше чем они, так как можем меняться, признавать свои ошибки и становиться лучше. В этот день я извиняюсь перед вами за то, что скрывал от вас жестокую правду. И вместе с тем, я прощаю вас и предлагаю вновь, как и прежде, стать со мной плечом плечу против всех тех сил, что бросают вызов человечеству.

— Но отец, — из последних сил сопротивлялся Фулгрим. — Как ты можешь доверять мне? Ведь я… Точнее, оригинал уже пал…

Внезапно серьезное выражение лица Императора дернулось и он мягко улыбнулся.

— Кто как не грешник и тот, кто увидел насколько ужасно и привлекательно зло, но отвернулся от него, достоин быть истинным праведником? Каждый из вас видел ужасы, но не позволил им себя сломать, так будьте же теми, кто не даст и другим пасть.

Примархи встали одновременно, и улыбнувшаяся фигурка Императора исчезла, растворившись в золотом свете.

Следом за примархами встали и ангелы Императора. Никто из собравшихся не рисковал нарушить тишину словом или действием. Все, казалось, впитывали всю важность произошедшего момента.