Кавалерия прибыла!

— Гражданин, зачем вы избили уважаемых людей?

Новый спектакль продолжается в кабинете директора. Вроде кафе я большого ущерба не принес. Графин целый, башка у боксера крепкая оказалась, посуда тоже не побита. Пошто такие вопли «Убивают»? Милиция в здешней Абхазии, впрочем, как и в моем будущем, контора своеобразная. Носатый и усатый старший сержант пытается давить на меня авторитетом. У входа в кабинет вяло застыл еще один усач. Ему этот спектакль уже неинтересен. Как, впрочем, и мне. Вместо разборок по существу опять хитрый и наглый развод. Одна шайка-лейка?

— Если бы я избивал, то твоих друзей увезли на Скорой, сержант.

— Зачем так говоришь? — вскинулся старший наряда. — Совсем советскую милицию не уважаешь?

— Ты, что ли советская?

— Будешь грубить, будем по-другому разговаривать.

Сержант многозначительно смотрит на меня и удивляется моей равнодушной реакции.

— Ах так даже, договориться пытаешься?

Судя по ответной глумливой улыбке я прав.

Мне в итоге надоедают досужие разговоры, и я достаю из потайного кармана заветную красную книжицу.

— Сержант, будь добр, подойди и ознакомься с содержимым.

Милиционер сразу напрягся, вся его спесь мигом слетела, видимо, почуял неладное. По мере прочтения строк на «корочке» его лицо становится все вытянутей, нос увядает, а в глазах пропадает блеск. Дело в том, что здешние менты отлично знают наш санаторий, и что может последовать после того, как некто из органов обидит хоть кого-то из отдыхающих там. Опять милицию и бандитов подвела моя моложавая внешность.

— Товарищ старший лейтенант…

Все, вместо молодого паренька они видят перед собой безжалостного и хладнокровного офицера ГРУ. Убивца и мерзавца по определению.

— Значит, так сержант. Чтобы я тех урюков больше здесь не видел. Ты все понял?

— Ддаааа…