Он звонит кому-то по телефону, ветер доносить обрывки слов:

— Да Мариночка…. Всё ок… Оформил пособие…. С бешеной овцы, хоть шерсти клок… Пусть работают другие… Ага… Сейчас приеду…

Отъезжает. На его место тут же заруливает длинная, как подводная лодка, бмв. Выбежал водитель и раскрыл зонтик над пассажиром. Мужчина с гладко выбритой физиономией и в дорогом костюме.

— Ооо, кого я вижу? Виктор Иванович, привет.

Мужчина из бмв, подошёл к мужчине из майбаха и они по-родственному обнялись.

— Простите, вы за мной будете, — робко я обратился к последнему. Виктор Иванович, грозно посмотрел на меня:

— Иван Ильич, отъезжал на собрание акционеров, а он до вас ещё, занимал за мной. Видите очередь, как медленно двигается, словно черепаха. Иван Ильич уже провёл собрание, пообедал, наверное, — он подмигнул своему другу, — и успел вернуться. Так что это вы теперь за ним будете.

— Извините, я не знал…

Зонта у меня, как назло, не было, и я, прикрывшись газетой, абсолютно вымок вплоть до трусов. Галстук прилип к мокрой рубахе, и из-под лацканов пиджака струилась дождевая вода. Становилось холодно. Ожидание было безумно долгим. Из бесед соискателей, которые стояли передо мной, я понял одно: Все эти люди, имеют статус безработного. Никто официально не работает. Приходят на приём в назначенный срок лишь только для того, чтобы получать бесконечное пособие от государства. Вакансии продавцов и грузчиков их не интересуют.

Хотя…

Я представил себе на секунду, как Виктор Иванович с Иван Ильичом грузят коробки в подсобке магазина, а Светик курит сигарету и прикрикивает на них:

— Витька, черт плешивый! Это не сахар тебе с мукой, а виноград! Товар хрупкий. Товар нежный, а ты его Ваньке кидаешь. Нежнее надо. Легче. Аккуратно грузите коробки, а то оштрафую.