Я был просто восхищен упрямством и талантом этих, таких Мудрых Нагов. Им понадобилось всего несколько десятков лет, чтобы получить новую, не имеющую ничего общего со своими дикими предками – расу. Но, как оказалось, делали они это всё, не по доброте душевной, а потому что таким мудрым – мудрым Нагам, нужно было большое количество послушных и выносливых рабов. Много веков томились новые мурлоки в рабстве у хитрой расы нагов, служа им буфером между их высокоразвитым, но изнеженным миром и хищным, жестоким болотом. Много веков они были для них охотниками, добытчиками, ремесленниками, а иногда даже и гладиаторами – скрашивающими своими жизнями тяжелые нагские будни.

Но тут грянула война между Богами этого мира и демонами – пришедшими из тьмы космоса. И вот тут-то новые мурлоки не растерялись, они всей расой просто взяли и сбежали от своих жестоких хозяев. Расселившись по всей территории такого огромного и непредсказуемого болота. Ну а место своего рождения, становления и рабства, так и назвав – «место, куда не ходят». И действительно, больше ни один мурлок, даже из тех же отмороженных болотных шершней, ни когда не бывал в самом центре их болота. Почитая и страшась его – одновременно.

И вот теперь, большой, белый кристалл, настроенный каким-то чудесным образом на ауру непоседливой внучки – древнего, орочьего шамана, упрямо вел меня туда. Был конечно шанс, что я встречу орчанку Мокасу раньше, чем дойду до сердца этого такого большого болота, но я сам почему-то в него не верил. Думаю, что ветреная девчонка решившая доказать своему деду, что она тоже ого го, какая шаманка – залезла туда, куда залезла. И мне теперь придется, её оттуда выручать. Ох, дядка Рохо – мало ты её порол, мало.

Глава 14. Агравейн

Благодаря полученной от мурлоков карте, я проложил теперь свой курс не ровно прямо вперед, а от острова к острову. Пусть это будет немного вихляющий путь, и пусть я из-за этого проведу в этой болотистой локации на несколько дней больше. Зато теперь у меня всегда под рукой будет надежное место для сна, ну или хотя бы отдыха. И пусть эти островки по меркам океана или даже озера были так себе – тьфу, а не островки. Но вот побудешь целый день запертым на маленьком древесном плоту, размером 2 на 3 шага. И к вечеру будешь рад любому клочку суши. Лишь бы смело можно было вытянуть гудящие от усталости ноги, не боясь, что их кто-то откусит и развести хоть небольшой, но весело грызущий дрова – костерок.

Полдня я, методично работая длинным шестом, толкал свой плот по грязной болотной воде заросшей ряской, осокой, частухой, телорезом, рогозом, и ещё черте чем. А затем внезапно, как по мановению волшебной палочки, оказался на совершенно чистой воде, заросшей белоснежными лотосами. Которые было даже как-то жалко, давить грубыми бревнами моего плота. Сюрприз, однако. Ну да, а я ведь и подзабыл, что болото, которое я сейчас пересекаю, вовсе как бы и не болото.