Даже Ивоннель удивилась эффекту своей догадки. Напоминание как будто угодило точно в цель. Пвент сел, опираясь на стену, опустил свои руки и взгляд.

- Они снаружи, все сразу, - сказал окончательно побеждённый Пвент. - Они собираются объединиться.

Ивоннель глубоко вздохнула. Сбывались её худшие опасения. У измотанных дварфов не будет ни шанса против объёдинённой мощи Мензоберранзана — после того, сколько сил и крови они уже потратили на битву с демонами.

Однако Ивоннель понятия не имела, почему эта новость стала для неё неожиданностью. Конечно же, Квентл и остальные пришли разделить славу матери Жиндии Меларн. Что же ещё это могло быть?

- Покажи мне, - сказала она вампиру. - Ты отведёшь меня туда и всё покажешь.

- Вот, значит, о чём ты думаешь? - скептически спросил Пвент.

- Ради твоего короля Бренора, Тибблдорф Пвент, - сухо ответила Ивоннель. - Может быть, я не сумею это остановить — и тогда горе Гонтлгриму и горе королю.

Она посмотрела на кровать.

- Горе Кэтти-бри и ребёнку Дзирта До'Урдена, - добавила она. - Потому что одних только сил Гонтлгрима не хватит, чтобы одержать победу. Ты сам знаешь. Ты их видел. Сколько там солдат-дроу? Сколько рабского мяса?

Пвент зарычал.

- Покажи мне! - потребовала Ивоннель.

Копетта подошла к дроу, заставив вампира поникнуть.

- Тибблдорф Пвент, - сказала она. - Мой старый Тиббл, это я, Пенни.

- Медноголовая, - одними губами произнёс Пвент, и дварфийка улыбнулась.

- Да, да, твоя Медноголовая, - отозвалась она. - Ты должен сделать, как просит дроу. Ради всей своей родни.

Лицо вампира смягчилось ещё сильнее, пока он смотрел на женщину. Наконец, он повернулся к Ивоннель и слабо кивнул в знак согласия.

- Я иду с тобой, - заявил Артемис Энтрери, обращаясь к Ивоннель.

- Нет! - изумлённо воскликнула Далия.

- Я не могу гарантировать твою — да и свою — безопасность, - сказала ему Ивоннель.

- Никто не может, - ответил Энтрери. - Но я иду с тобой.