Одно нажатие кнопки и опустевшие магазины обоих орудий падают на холодную землю.

Быстрого взгляда на один из дисплеев достаточно, чтобы понять. Хашмиты отступали.

Прямо перед «Шерханом» валялось почти что с дюжину разбитых и уничтоженных доспехов и другой техники. То тут, то там, глаза выцепляли разорванные и изломанные фигурки человеческих тел.

Но победа не досталась им легко.

Часть тактических отметок машин его отряда уже не горела вселяющим надежду зелёным светом. Две из них потускнели, превратившись в серые иконки. Значит пилоты мертвы. Ещё одна горела тревожным жёлтым.

— Внимание всем машинам. Это лидер. Отходим обратно к воротам. Всем доложить о состоянии! — резко приказал он.

— Это двойка, я цел. Сейчас помогаю четвёртому выбрать из машины.

— Это седьмой, всё в норме.

— «Санкар-5» — я в порядке, но боезапас на исходе.

— Хорошо. Пятый. Помоги второму и отступаем.

Быстро переключившись на общий канал, Вимал отдал тот же приказ остальным машинам.

Когда мобильные доспехи повстанцев отступили обратно к укреплённому входу в комплекс, то оставили за своей спиной шесть разбитых машин. Лишь одного единственного пилота удалось спасти и быстро эвакуировать.

Этот бой остался за ними, но Вимала продолжало терзать странное чувство неправильности происходящего.

И эти мысли появились в голове далеко не у него одного...

***

— Не понимаю, почему они атакуют только Северный и северо-восточные выходы? — Спросил Мак’Мертон.

Нори стоял на протезах, опираясь руками на поверхность стола.

Шехар оторвал голову от развёрнутой на столе перед ним тактической карты.

— Что?

— Я говорю, что они атакуют только эти два выхода. Почему они не трогают остальные?