Мясом горелым запахло, смолою и серой.

Супом в котле на огне закипел океан.

Рыжее Солнце потёрлось о гору ноздрёю

и уползло отсыпаться за старый погост…

Третью увидели люди вечерней зарёю:

Черная лошадь, и черные грива и хвост.

Кончилось Божье, а может Природы терпенье,

Заколебался привычный с рожденья ландшафт,

Зашевелились на кладбищах смутные тени,

вздохи и стоны неслись из пустующих шахт.

И покатились цунами и землетрясенья,

как предрекали давно сочетанья светил.

Толпы в церквях истерично просили спасенья

Словно грехи их им кто-то уже отпустил

И наведЁнным на бледную Землю мушкетом

пялилось гневное красное око луны.