- Я вашего отца знаю? – уточнил на всякий случай Эфо.

- Знали, но он никогда не родится, – поморщился фиолетовый.

Красный взвыл, больше не сдерживаясь. Плакал как ребёнок, размазывая сопли и слёзы по щекам. Поддавшись порыву, Эфо обнял его и погладил по спине, не говоря слов утешения – они не помогут тому, кто утратил всех, кого любил и знал.

- Плакса, – презрительно на незнакомом языке бросил фиолетовый, пнув носком землю.

- Слёзы не слабость, – укоризненно заметил Эфо, не поняв значение слова, но уловив его эмоциональную окраску.

- Знаю… папа так говорил, когда у брата фонтан врубался. У него эмпатия слишком сильно развита. Творить артефакты помогает.

- Ого, чувствовать душу предмета может? – искренне восхитился Эфо, поражаясь словесным оборотам, которые употреблял фиолетовый. У него еще и странный акцент был, незнакомый. Хотя это объяснимо, учитываю временную разницу.

- Ага, может. Учителя на него молились. Талант!

Эфо улыбнулся, снова уловив определенную интонацию. Мальчишка – открытая книга.

- А ты у нас, значит, тот, от кого учителя обычно стонут и мечтают избавиться, но между собой говорят о том, что если бы он не ленился, то многого бы достиг.

Фиолетовый бросил на Эфо быстрый взгляд и поспешно отвернулся.

- Ничего, я из тебя лень выбью, – похлопал его макушке хранитель. – Сейчас проверим, что вы умеете…

- Можно не сегодня, пап?…

Эфо вздрогнул от пробежавшего холодка. Вопрос поступил от красного. Оговорился? На эмоциях сказал? Да еще и подкрепляло нехорошее подозрение испуг на лице фиолетового, который тот пытался скрыть, но не сказать, что удачно.

- Он… вы похожи с папой, – всё-таки выдавил фиолетовый, явно стараясь подбирать слова. – Он… он был вашим родственником! Да! Родственником!

Врать совершенно не умел, а ведь мальчишка будущий мастер обмана, ему бы следовало свое искусство освоить в совершенстве.

Эфо снова опустил взгляд на перья. Огненное принадлежало матери, чёрное – отцу, чьи же тогда синее и желтое? Зачем преемница прислала своих детей ему? Что их связывало? Еще и черты лица фиолетового схожи с теми, что Эфо видел в своём отражении. Нос рот и губы явно отцовские, правда, более костлявое телосложение. Красный, видимо, больше взял от матери…

Любопытство подмывало спросить напрямую, если бы не синее и жёлтое перья. Будущее, которое никогда не наступит… надо ли ему такая жестокая правда? Фиолетовый сказал, что его отец не родится. Может он имел в виду мать, а не отца? Триста лет – долгий срок, который мог перекроить полностью будущее на иное. Если их мать родилась в этот период, то вряд ли она появится вновь.