Впрочем, того, что я в себе и осознаю происходящее, я никак не демонстрировал, вместо этого с удовольствием сосредоточился на проекции своего организма и сосредоточился на наблюдения за изменениями, которые во мне происходили. Это было даже не сложно, просто не привычно наблюдать за огромной нервной системой разом. Так, никоим образом не вмешиваясь в процесс, в котором не разбираюсь в полной мере, я пролежал несколько кан, пока процесс не подошёл к концу и я начал просыпаться.

Через пятнадцать минут ожидания, когда ощущения пришло более или менее в норму, в палату вошёл Джи Цюньян в сопровождении знакомого мне лица.

— О, привет, Су! — улыбнулся я другу, с которым в последние кины очень редко виделся. — Как ты поживаешь?

— Неплохо. Мастер Цюньян сказал мне помочь тебе добраться до твоей комнаты. Тебе плохо? — спросил он, явно не получив даже минимума информации о ситуации.

— Можно сказать и так — я прошёл через мутацию всей нервной системы и у меня мозги ещё не встали на место, так что меня может вырвать едва ли не от любого резкого движения, — продолжая улыбаться, сказал я.

— Что-то ты слишком радостный для такого состояния, — чуть сомневаясь, сказал он, подходя ближе.

— Ну, такие ощущения в течении нескольких кан — мелочь, в обмен на такие изменения. Так что, да, я очень рад.

— Ладно, я вас оставлю, — напомнил о себе Джи Цюньян, разворачиваясь и идя на выход из палаты. — Хань Су, как о ведёшь его, можешь отправляться к себе и отдохнуть.

— Понял, Мастер, — поклонился Су и повернулся ко мне. — Ну, давай, помогу тебе добраться до твоей комнаты. Заодно погляжу, как мой сосед устроился отдельно от всех.

— О, думаю тебе бы в моей сокровищнице не понравилось бы.

— Сокровищнице? — не понял он, перекидывая мою руку через шею и поддерживая, помог подняться на ноги, чтобы медленно, шаг за шагом направиться из палаты, а так и из мастерской. — Вроде как горы золота и драгоценности? Какой в них смысл в секте?

— Нет, Су. Это особенность практикуемой мной технике. И сокровища у каждого из практикую их её свои, так что для меня мало что можно найти более ценное. А вот тебе в мою комнату лучше не заходить.

— А что? Боишься, что какой-то сувенир с собой прихвачу.

— Что ты — я не против, если ты возьмёшь что-то, в конце концов, я и сам могу их уже создавать. Я за твою жизнь и здоровье беспокоюсь. Для любого, кто не является мной или подобным мне, нахождение в моей комнате, все равно, что плавание в бассейне, с ядом вместо воды. На здоровье такое точно не пойдёт.

— Ты меня намеренно пугаешь? — поднял он бровь.