- Всё, спасибо. Твоя взяла. Ты, вообще, устаёшь когда-нибудь?

- Ночью у меня то же самое спрашивали, - усмехнулся свежий, как огурчик, вампир, подал ему руку и рассказал про усталости после долгих застываний.

- Везёт некоторым, - помотал головой Вивер. - Такая мощь на блюдечке.

Они шли в сторону поляны, на которой начали веселуху.

- Ты тоже не обделён, - проговорил Габриэль. - Не прибедняйся. Дюжину орков в одиночку перебьёшь.

- Да, нам многое дано от природы, - кивнул монах. - Но ещё больше мы нарабатываем сами. И поддерживать это надо.

- Исчезал ты классно. Значит умеешь телепортироваться?

- На короткие расстояния. Этот приём называется «Рывок». Я использую его только в крайних случаях. Энергии много отнимает.

- В крайних, - усмехнулся землянин. – Скажи лучше: когда хочется накостылять вампиру-лорду.

- Когда не хочется быть раздавленным брюхом аракина, он тоже очень кстати.

*****

В лагере Вивер с Габриэлем разожгли костёр, поставили чайник и приготовили завтрак. Их «слабеньким» соратникам осталось только умыться, почистить зубы порошком из освежающих листьев, укрепляющих кореньев и антибактериальной соли и подтащить свои пустые желудки к ожидающим их хлебу, сыру, колбасе, мёду и отвару растилоя.

Вампир не мог бездействовать, когда рядом шла такая усердная, дружная и явно доставляющая удовольствие тем, кто её проделывал, работа по превращению перечисленных продуктов в энергию. Тем более сейчас, когда его распирало желание поделиться тем, что он увидел, услышал, выпил и понюхал ночью. Свободный от обязанностей всех живых существ рот стал быстро тарахтеть об этом, ярко и по несколько раз обрисовывая то, что произвело на его хозяина большее впечатление и бледно, единожды или, вообще, никак то, что проскользнуло мимо его души и сознания, едва прикоснувшись к ним. Вопросительные, уточняющие и удивлённые реплики друзей, которые считали их настолько необходимыми, что забывали о своих вкусных, благородных занятиях, заставляли его обрисовывать «бледные» и «пустые» места, наполняя их нужными им «красками». Они украшали и преображали его рассказ, как волшебная фея Золушку.

- Марих? Точно! Мы же в границах бывшего Грибного Королевства! – воскликнул Дилион, когда Габриэль первый раз упомянул название народа Линги, и повернулся к Виверу: - Это тот, который крутой алхимик?

- Да, - кивнул монах.

- Меня не могли взять с собой? – обиженно вытянул лицо маг. - Я мечтал пообщаться с марихом.

- Его дом в тридцати километрах отсюда.

- Ускорение бы выпил. Подумаешь - потошнило бы денёк.