– «Нет, так нельзя.» – У хранителя заиграл червячок сомнения и он решил, рассказать им всю правду, и посмотрев, на их реакцию уже решать, что делать. Сделав серьезное лицо, он произнес.

– На самом деле, я новый хранитель.

Посмотрев на мужичка, хранитель увидел всю гамму эмоций, отражающеюся у него на лице. Страх, ненависть, смятение, выражали, все его мыслительные процессы.

– Нет, ты не подумай, я не отношусь к этим сектантам, я за людей, ну и немного монстров, я не как прошлый хранитель, мы разные люди.

На его слова, мужичок никак не отреагировал, продолжая размышлять, что ему делать дальше. Понимая, что его деревня разрушена, в округе ходят сектанты и ещё множество, неизвестной нечисти, он размышлял, что ему делать дальше, и стоит ли рассказывать об этом, остальным.

– Ты больше никому, об этом не рассказывал? – Спроси у него мужичок.

– Под моей защитой, сейчас находится пятьсот людей, барон уже оповещен, но никаких действий он не предпринимает.

– Пятьсот людей говоришь. – После этих слов, лицо мужичка смягчилось.

– У нас есть, другие выходы? Точнее, вы поможете нам помочь?

– С чем? – Спросил хранитель.

– Перебраться в баронство.

Хранитель начал думать – «как сделать так, чтобы не убивая деревенских, суметь, сохранить свою тайну.» – Решение быстро пришло в его голову.

– Я могу, вам в этом помочь, но взамен, лично ты познавший мою тайну, принесёшь мне клятву верности.

– Хорошо, давай только отойдём, не у всех на глазах.

– Пошли.

Отойдя подальше от шатра и скрывшись от глаз, бывших пленников, мужичок, упав на одно колено, произнёс.

– Я Харн Браут, приношу клятву верности, новому хранителю.

Перед глазами хранителя, выскочила оповещение, о принятии клятвы и оповещении барона, которые он просто смахнул не став читать.

– Всё, отлично, можешь подниматься, твоя клятва принята. – Когда мужичок поднялся с колен, хранитель продолжил. – Я отправлю с вами, двух своих монстров, они будут следовать за вами, в радиусе трех ста метров, и в твоих же интересах, чтобы их не заметили. Все, а теперь, можете собираться и выходить, повозки, лошадей и прочее, что здесь находится, вам трогать не разрешается. – Не выражая, никаких эмоций произнес хранитель.

На самом же деле, в сердце его, поселилось грусть, он хотел расширяться, но из-за славы прошлого хранителя, ему с каждым днем, все труднее, и труднее, это делать.