– Не говори ерунду! – резко оборвал Снарвога командир. – Ты же знаешь, она уже пыталась так делать. После окончания действия ее нишати мы, вагры, становимся какими-то уж очень трусливыми. Великий вождь на такое не пойдет.

Боец лишь пожал плечами.

– Я сейчас же отправлю нескольких воинов к переправе через Арагуйю, – продолжал Ривериг. – Оттуда сразу вышлют гонцов в степь за ордой. До ее подхода моя сотня, точнее то, что от нее осталось, будет располагаться неподалеку от гор. Фангур сможет рассчитывать на нашу помощь, если решит прорываться дружиной через расщелины.

– Я это передам великому вождю.

– Прощай, Снарвог, на тот случай, если больше не увидимся.

– Прощай, командир.

И воин ушел в темноту.

Глава 1. В Аздабаре

Глава 1. В Аздабаре

– Девчонки, – раздался голос Сергея из-за плотной ширмы, – нас вскоре ждут к завтраку в большом зале. Если Лияна уже достаточно окрепла, пусть идет с нами.

– А с какой стороны сегодня дует ветер? – поинтересовалась я.

– Все в порядке, Аля. Ветер юго-западный.

Вопрос о направлении ветра возник не из праздного любопытства. Прошло десять дней, как мы уничтожили летучего ящера. За это время его огромная туша, лежащая к северу от крепости, начала разлагаться и издавать невыносимый смрад. Когда ветер дул с той стороны, находиться в цитадели становилось невыносимо.

Из всех здешних обитателей больше всего проблема неприятного запаха волновала меня и Лияну, из-за чего нам организовали довольно герметичное помещение. Сергей крепился, пытаясь всем своим видом показать безразличие к этой вони. Он, возможно, убедил бы в этом вагров, но для меня было очевидно, что ему приходится сильно сдерживаться, дабы не продемонстрировать испытываемый дискомфорт. Даже степные воины и Гай вместе с ними, имеющие, по всей видимости, притупленное обоняние, тоже страдали от зловония, хотя иногда даже умудрялись принимать пищу в таких условиях.

Сейчас направленность воздушных масс с юго-запада на северо-восток означала, что неприятный запах уносило прочь от Аздабара, и мы могли спокойно выходить из нашей комнаты.

Я занесла руки над своей пациенткой, лежащей на свежей соломе. Вопреки мнению моих друзей процесс раздачи нишати происходит не просто по желанию. Необходимо сконцентрироваться, мысленно представив эту невидимую и слабо осязаемую субстанцию. Первое время у меня плохо получалось, но за несколько дней практики я поднаторела в этом искусстве. Если предстояла передача лишь одному субъекту, и он находился близко, как сейчас, то больших усилий мне уже не требовалось.

Лечебный поток устремился к Лияне. Учащенные волны загадочного вещества приятно покалывали руки.